Бернард Вербер

Бронзовый круг на http://bulat-metal.com.ua.

 



Бернард Вербер
День Муравья

(en: "The Day of the Ants", fr: "Le Jour Des Fourmis"), 1992

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |

 


37-я страница> поставить закладку

 

Как бы вы меня назвали? - спрашивает 103-й.

Предлагают назвать «Вожак», или «Победитель птицы», или «Умеющий бояться». Но он решает, что больше всего ему присущи сомнение и любопытство. Его сомнение — вот его сильная сторона. Он бы хотел зваться «Умеющий сомневаться».

А я хочу, чтобы меня звали «Знающий». Ведь мне известно, что Пальцы — наши боги, - объявляет 23-й.

А я бы хотел, чтобы меня звали «Настоящий муравей», - настаивает 9-й, — я всегда сражаюсь за муравьев и против всех муравьиных врагов.

А я бы хотел, чтобы меня звали «Тот…

Раньше такие слова, как «я», «меня» были недопустимы. То, что муравьи дают друг другу имена означает потребность признания себя не в качестве частицы целого, а в качестве индивидуума.

103-й занервничал. Все это ненормально. Он поднимается на четыре лапки. Он призывает отказаться от этой неудачной идеи.

Приготовьтесь, завтра выступаем рано. Очень рано.

150. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Ауровиль. Одним из самых интересных опытов утопической общины считается эксперимент с Ауровилем (сокращение от Авроравиль) в Индии, рядом с Пондишери. В 1968 году бенгальский философ Шри Ауробиндо вместе с французским философом Мирой Альфасса («Матерью») попытались создать идеальный Город. Он строился по законам галактики, и постройки кругами расходились от центра. Жить в Город звали людей из всех стран. Приехали в основном европейцы, искатели абсолютной утопии.

Мужчины и женщины вместе строили ветряные мельницы, фабрики кустарного производства, канализацию, информационный центр, кирпичный завод. В этом засушливом регионе они приспособились выращивать сельскохозяйственные культуры. Мира Альфасса, которая была для всех Матерью, написала многотомные труды, об этом духовном опыте. И все бы шло как нельзя лучше, но члены общины решили обожествить Мать еще при жизни. Она отказалась от такой чести. Но Шри Ауробиндо к тому времени уже умер, и рядом с ней не было никого настолько влиятельного, чтобы суметь оградить ее. Она не смогла защититься от своих обожателей.

Мать замуровали в комнате и решили, что раз она отказывается стать богиней при жизни, пусть будет мертвой богиней. Ну и что с того, что она сама не осознает своей божественной сущности, это не должно помешать ей стать богиней!

Во время своих последних появлений на людях Мать выглядит угнетенной, она как будто в состоянии шока. Стоит ей заговорить о своем заключении и о том, как с ней обращаются, обожатели обрывают ее, уводят и снова запирают в комнате. Постепенно Мать превращается в старуху, сморщенную от ежедневных тягот, которые выпадают на ее долю по милости тех, кто ее якобы обожает.

Однако Матери удается передать тайное послание своим прежним друзьям, в нем она сообщает, что почитатели намерены ее отравить и сделать из нее мертвую богиню, такую легче любить. Зов на помощь остается безрезультатным. Всякого, кто пытается помочь Матери, немедленно изгоняют из общины. Последним способом общения с внешним миром для нее, запертой в четырех стенах, была игра на органе, через которую она поведала миру о своей драме.

Ничего не помогло. В 1973 году Мать умерла, не исключено, что от большой дозы мышьяка. Ауровиль устроил ей поистине божественное погребение.

Однако вместе с ней ушло и все то, на чем держалось единение общины. Община раскололась. Ее члены восстали друг против друга. Забыв об идеалах утопического мира, они начали таскать друг друга по судам; многочисленные тяжбы бросали тень на этот опыт человеческой общины, который какое-то время просуществовал как самый успешный и амбициозный.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II

151. НИКОЛЯ

Бейтесь до последнего.

Он знал, что движение деистов с трудом выдерживает беспощадные преследования Шли-пу-ни. Но бог на то он и бог, чтобы произнести именно то, что необходимо на данный момент в данной ситуации. Дождавшись, когда вся община уснула, Николя Уэллс, пользуясь моментом, устроился перед машиной-переводчиком. Мгновение он ожидал, пока на него снизойдет вдохновение, затем застучал по клавиатуре, как юный Моцарт в музыкальном салоне, только создавал не музыку из звуков, а симфонию из запахов, которые призваны были превратить его в божество.

Сражайтесь до последнего.

Приносите нам дары, чего бы вам это ни стоило.

Вы кормили нас недостаточно, именно поэтому вы познали страдания и смерть.

Пальцы всемогущи, ибо Пальцы — боги. Пальцы всемогущи, ибо Пальцы великие. Пальцы, всемогущи, ибо Пальцы непобедимы.

Такова ис…

- Николя, что ты здесь делаешь? Почему ты не спишь?

Потирая глаза и зевая, сзади к нему подходил Джонатан Уэллс.

Паника. Николя Уэллс кинулся выключать машину, но ошибся кнопкой. Вместо того чтобы погаснуть, экран вспыхнул еще ярче.

Джонатану хватило одного взгляда, чтобы все понять. Он успел прочесть только последнюю фразу, но понял все.

Его сын выдавал себя за муравьиное божество, требуя, чтобы их кормили.

У Джонатана глаза полезли из орбит. В одно мгновение он осознал, каковы могут быть последствия такого обмана.

НИКОЛЯ СДЕЛАЛ МУРАВЬЕВ РЕЛИГИОЗНЫМИ!

На мгновение он оцепенел: это открытие стало для него потрясением. Николя не знал, что делать. Он попытался объяснить отцу.

- Ты должен понять, папа, я делал это во имя нашего спасения, чтобы они нас кормили…

Джонатан Уэллс не мог прийти в себя. Николя бормотал:

- Я хотел заставить муравьев поверить, что мы боги. Ведь мы попали сюда из-за них, им нас отсюда и вытаскивать. А они не кормят нас, они нас бросили, мы умираем с голода. Надо же было как-то реагировать, что-то делать. Тогда я стал искать выход. Мы в тысячу раз умнее муравьев, в тысячу раз сильнее, в тысячу раз больше. Любой человек — великан рядом с этими существами. Если бы они думали, что мы их боги, они бы не посмели нас оставить. Поэтому я сделал муравьев деистами и благодаря им вы еще едите медвяную росу и грибы. Я, Николя, двенадцатилетний мальчишка, спасаю вас, взрослых, которые сочли себя насекомыми!

Джонатан Уэллс не колебался. Две звонкие пощечины отпечатали десять красных Пальцев на щеках его сына. Шум разбудил остальных. Все в мгновение ока поняли проблему.

- Николя!… — с упреком воскликнула бабушка Августа.

Николя расплакался. Взрослые никогда ничего не понимают. Под ледяными взглядами своих родителей карающий бог превратился в хнычущего мальчишку.

Джонатан Уэллс снова замахнулся, чтобы ударить сына. Но жена остановила его:

- Нет. Не надо жестокости. Мы с таким трудом избавились от нее!

Но Джонатан был вне себя.

- Он осмелился злоупотребить тем, что он человек. Он насадил понятие «бог» в цивилизацию муравьев! Кто может предвидеть последствия этого поступка? Религиозные войны, инквизиция, фанатизм, нетерпимость… И все это из-за моего сына.

Люси призывала к снисхождению:

- Мы все виноваты.

- Как нам это исправить? — вздохнул Джонатан. — Я понятия не имею, как это разрешить.

Люси обняла мужа за плечи.

- Есть. Есть одно решение, оно очевидно. Поговори с сыном.

152. РОЖДЕНИЕ СВОБОДНОЙ ОБЩИНЫ КОРНИГЕРЫ (СОКа)

Рассвет. Сегодня утром 24-й снова вглядывается в туманный горизонт.

Солнце, вставай.

И солнце повинуется ему.

Один на краешке ветки 24-й созерцает красоту мира и размышляет. Если боги существуют, то совсем необязательно, чтобы они воплощались в Пальцах.

Им нет нужды превращаться в огромных и ужасных животных. Боги присутствуют везде. В этих лакомствах, которые дерево дает муравьям. В ослепительных кирасах скарабеев. В вентиляционной системе термитника. В красоте реки и в запахе цветов, в извращенных клопах и в сверкающих крыльях бабочки, в изысканном молоке тли и смертоносном яде пчелы, в извилистых горах и спокойном течении реки, в дожде, который сеет смерть, и в солнце, которое возрождает!

Как и 23-му, ему очень хотелось верить, что миром управляет высшая сила. Но сейчас он понял, что эта сила есть везде и во всем. Она не воплощается в одних только Пальцах!

Он тоже бог, и 23-й — бог, и Пальцы — тоже боги. Теперь ему нечего искать. Все тут, в пределах досягаемости усика и мандибулы.

Он вспоминает мирмекийскую легенду, которую рассказал 103-й. Теперь он понимает ее до конца. Какой момент самый важный? Сейчас! Какое дело самое главное? Заниматься тем, что перед тобой! Каков секрет счастья? Ходить по земле!

Он поднимается на задние лапки.

Солнце, поднимись еще выше и стань белым!

И солнце снова послушалось его. Ему больше нечего искать. Он понял все. Не имеет смысла продолжать крестовый поход. Он всегда терялся, потому что не мог найти своего места в жизни. Теперь он точно знает, что его место именно здесь. Обустроить остров — вот его предназначение, его единственная мечта — это воспринимать каждую секунду как чудесный дар жизни.

Теперь его не страшит одиночество. Он больше никого не боится. Когда находишься на своем месте, то ничего не боишься.

24-й бежит на поиски 103-го.

Тот склеивает слюной корабли-незабудки.

Контакт усиков.

24-й отдает кокон 103-му.

Я больше не понесу это сокровище. Ты понесешь его сам. Я остаюсь здесь. Мне больше не нужны доказательства, с меня хватит битв, мне надоело теряться.

От этой речи удивленно поднимаются усики присутствующих муравьев. Удивленный 103-й принимает кокон бабочки.

Он спрашивает, что случилось.

Двое насекомых соприкасаются кончиками антенн.

Я остаюсь здесь, - повторяет 24-й. — Здесь я построю Город.

Но у тебя уже есть Бел-о-кан, твое родное гнездо!

Молодой муравей охотно признает, что Бел-о-кан — большая и мощная Федерация. Но соперничество между мирмекийскими Городами его больше не интересует. С него довольно этих каст, которые навязывают роль с рождения. Он хочет жить подальше от них и подальше от Пальцев. Надо все начать с нуля.

Но ты будешь один!

Если кто-то еще захочет остаться на острове, я буду рад.

Подошел один из рыжих. Он тоже устал от этого похода. Он ни за, ни против Пальцев. Они ему безразличны. Подают голос еще шестеро. Они тоже не хотят покидать остров.

Две пчелы и два термита тоже решают оставить крестовый поход.

Вас всех сожрут лягушки, - запугивает их 9-й.

Но они ему не верят. Шипы акации корнигеры защитят их от хищников.

Скарабей и муха присоединяются к 24-му. Потом еще два муравья, пять пчел и пять термитов.

Как удержать их от опрометчивого решения?

Один рыжий признается, что хоть он и деист, но тоже хотел бы остаться и жить здесь. 24-й делает заявление по поводу отношения к Пальцам: их община не имеет ничего ни за, ни против деистов. На острове каждый будет иметь право на свое мнение.

Свое мнение… - вздрогнул 103-й.

Впервые животные создают утопическую общину. Они дают ей название-запах «Город корнигеры» и начинают обживаться. У пчел есть королевское желе с гормонами, с его помощью бесполые муравьи, если пожелают, могут превратиться в самцов или самок. Таким образом, у них появятся свои королевы, и община сможет продолжать свое существование.

103-й секунду стоит неподвижно, его удивляет это решение. Потом он снова шевелит усиками и приказывает тем, кто собирается продолжить поход, построиться.

153. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Общение между деревьями. Некоторые африканские акации обладают удивительными свойствами. Когда газель или коза начинает их общипывать, они меняют химический состав своего сока, и он становится ядовитым. Заметив, что у дерева теперь другой вкус, животное отходит и начинает объедать следующее. Но акации могут испускать запах, улавливаемый соседними акациями, этот тревожный сигнал немедленно сообщает растениям о присутствии травоядного. В течение нескольких минут все растущие поблизости акации становятся несъедобными. Травоядные отправляются на поиски акации настолько удаленной, чтобы сигнал тревоги не долетел до нее. Однако скотоводы часто пасут коз на ограниченном пространстве с акациями. Следствие: как только первая надкушенная акация предупреждает других, у животных нет выбора, они начинают поедать ядовитые ветки. Таким образом, многочисленные стада умирают от отравления, причины которого люди очень долго не понимали.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II

154. КРАЙ МИРА В ДВУХ ШАГАХ

Полдень. Те, кто решил остаться, начинают обустраиваться на острове корнигеры, а 103-й готовит к отплытию корабли-незабудки. Крестоносцы размещаются на кораблях и хватаются за ворсинки листьев незабудки.

Мухи вылетают на разведку к другому берегу, там собираются высадиться крестоносцы. Мухи должны найти самое подходящее место для причала. И конечно же, самое безопасное.

Корабли отчаливают от понтонов. Члены Общины Корнигеры провожают их до самой воды и помогают спускать на воду челны. Усики поднимаются, испуская ободряющие феромоны. Неизвестно что сложнее: создать свободное сообщество на пустом острове или сражаться с монстрами за пределами мира. Обе стороны желают друг другу быть мужественными. Что бы ни случилось, не надо отступать от намеченной щели.

Корабли удаляются от пляжа, моряки, устроившиеся на листьях незабудки, видят, как постепенно уменьшаются глиняные статуи, вылепленные деистами. Флотилия продвигается линией.

Хрупкие челноки, подталкиваемые плавунцами, быстро бегут по водам реки. Скарабеи отгоняют птиц от плывущего каравана.

И крестовый поход идет вперед, только вперед.

Феромонная военная песня разливается по теплому воздуху.

Они большие, они тут,

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "День Муравья":