Бернард Вербер

Свежая информация оборудование для бассейнов уфа у нас.

 



Бернард Вербер
День Муравья

(en: "The Day of the Ants", fr: "Le Jour Des Fourmis"), 1992

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |

 


39-я страница> поставить закладку

 

- …ума», — завершила Летиция.

Журналистка пыталась определить связь между чемпионкой по загадкам, фальшивым Дедом Морозом и стаей муравьев-убийц.

Жюльетта Рамирез была явно на грани нервного срыва, и полицейский, привыкший к очным ставкам, старался успокоить ее.

- Знаете, мы обожаем эту передачу! Ее загадки не такие простые, как кажется. Она учит по-другому смотреть на мир. По-другому мыслить.

- По-другому мыслить! — выдохнула мадам Рамирез и, уже не сдерживаясь, зарыдала.

Без макияжа, непричесанная, в старом халате вместо хорошо скроенных платьев в горошек, она выглядела немолодой и измотанной, совсем не такой, как на голубом экране. Блистательная кандидатка оказалась обычной женщиной средних лет.

- Это мой муж, Артур, — сказала она и указала на лежащего на кровати человека. — Это он «повелитель» муравьев. Но во всем виновата я, и только я! Теперь, когда вы нашли нас, нет смысла скрывать правду. Я все вам расскажу.

159. ОБЪЯСНЕНИЯ

- Николя, мне надо с тобой поговорить.

Ребенок опустил голову, ожидая отцовской кары.

- Да, папа, я плохо себя вел, — покорно сказал он. — Я больше не буду.

- Я хочу поговорить не о твоих выходках, — спокойно ответил Джонатан. — А о нашей жизни здесь. Ты решил продолжать «нормальную», если можно так выразиться, жизнь, а мы решили вести «муравьиную» жизнь. Некоторые считают, что ты должен был присоединиться к нашим сеансам приобщения. Думаю, мы должны сначала рассказать тебе о нашем состоянии, потом предоставить тебе свободу выбора.

- Да, папа.

- Тебе понятно, чем мы занимаемся?

Опустив глаза в землю, ребенок пробормотал:

- Вы садитесь в круг, поете хором и все меньше едите.

Отец был терпелив.

- Это всего лишь внешняя сторона того, что мы делаем. Есть и другая. Скажи мне, Николя, сколько у тебя чувств?

- Пять.

- Каких?

- Зрение, слух… э, осязание, вкус и обоняние, — отчеканил мальчик, как на школьном экзамене.

- А еще? — спросил Джонатан.

- Это все.

- Очень хорошо. Ты назвал мне пять физических чувств, которые отражают физическую реальность. Но существует и другая реальность — психическая, и ее тоже можно ощутить пятью чувствами, только психическими. Пользоваться пятью физическими чувствами, это все равно что пользоваться только пятью пальцами левой руки. Почему бы не использовать также и пять пальцев правой руки?

Николя был озадачен еще больше:

- А что это за пять других, «пси-хи-чес-ких», как ты говоришь, чувств?

- Волнение, воображение, интуиция, совесть и вдохновение.

- Я думал, что я мыслю только головой.

- Нет, есть множество других способов мыслить. Наш мозг как компьютер, его можно запрограммировать, и он будет делать фантастические вещи, о которых мы имеем слабое представление. Это наш инструмент, но использовать его на полную мощность мы еще не научились. Сейчас мы используем его всего на 10%. Возможно, через тысячу лет, мы сможем использовать его на 50%, а через миллион лет — на 90%. В своем интеллектуальном развитии мы младенцы. Мы не понимаем и половину того, что происходит вокруг нас.

- Ты преувеличиваешь. Современная наука…

- Ну нет! Наука — это ничто. Она привлекает только тех, кто ничего не понимает. Настоящие ученые знают, что ничего не знают, и чем дальше мы продвигаемся вперед, тем сильнее ощущаем свое незнание.

- Но дядя Эдмон знал, он…

- Нет. Эдмон только обозначил нам путь к освобождению. Он учит задавать вопросы, но не дает ответов. Когда читаешь «Энциклопедию относительного и абсолютного знания», поначалу кажется, что мир становится понятнее, но потом начинает казаться, что не понимаешь уже ничего.

- А мне кажется, что я понимаю, о чем эта книга.

- Значит, тебе очень повезло.

- Он рассуждает о вселенной, о природе, о муравьях, о поведении в обществе, о противостоянии, о народах Земли… Там есть загадки и даже кулинарные рецепты. Когда я читаю эту книгу, я чувствую себя мудрым и всемогущим.

- Тебе и в самом деле повезло. А я чем больше ее читаю, тем отчетливее осознаю, насколько все непонятно и насколько мы далеки от поставленных целей. Нам уже не в состоянии помочь даже эта книга. Это всего лишь череда слов, сложенных из букв. Буквы — это рисунки, а слова — это попытка воспроизвести предметы, мысли и живые существа через обозначения. Слово «белый» имеет свою собственную вибрацию, но в других языках для обозначения «белого» есть другие слова: white, bianco и так далее; это доказывает, что одного слова «белый» недостаточно для определения белого цвета. Слово — это приближенное значение, изобретенное неизвестно когда и неизвестно кем. Книги — это определенная последовательность слов, книги — череда неживых символов, череда приближенных значений.

- Но «Энциклопедия относительного и…

- «Энциклопедия» — ничто по сравнению с прожитой жизнью. Ни одна книга не выдержит сравнения с мгновением размышления над реальным событием.

- Я не понимаю твою тарабарщину!

- Извини, я слишком тороплюсь. Я говорю с тобой, и ты меня слушаешь, а это уже немало.

- Конечно, я слушаю тебя. А чего бы ты хотел, чтобы я тебя не слушал?

- Слушать трудно… это требует большого внимания.

- Ты какой-то странный, папа.

- Извини, я все же не смог тебе объяснить. Давай я лучше кое-что покажу тебе. Закрой глаза и слушай.

Представь себе лимон. Представил? Он желтый, ярко-желтый, он блестит на солнце. Шершавый и очень ароматный. Чувствуешь его запах?

- Да.

- Хорошо. Теперь представь, что ты берешь большой острый нож. Ты разрезаешь лимон на дольки — обнажается сердцевина. На солнце видны клеточки, наполненные жидкостью. Ты надавливаешь на дольку, мякоть разрывается, и вот уже течет желтый ароматный сок… Чувствуешь?

Николя не открывает глаза.

- Да.

- Хорошо, скажи мне, у тебя во рту есть слюна?

- Э… — он цокает языком -…дополна слюны! С чего вдруг?

- Это сила мысли. Ты всего лишь подумал о лимоне и сумел вызвать неконтролируемое психологическое явление.

- Это потрясающе!

- Это первый шаг. Нам нет нужды выдавать себя за богов, мы уже давно боги, хоть сами того и не ведаем.

Мальчик воодушевился:

- Я хочу научиться быть таким. Папа, пожалуйста, научи меня контролировать все своим умом. Научи меня. Что я должен делать?

160. НАРКОТИК ЛОМЕХУЗЫ

Братоубийственная война все сильнее захлестывает Город. Мятежники-деисты оккупировали целый квартал — квартал муравьев-цистерн. Оттуда они непрерывно выносят медвяную росу для Пальцев.

Странно, но Пальцы перестали общаться через Доктора Ливингстона. Пророк умолк.

Это молчание ничуть не остужает пыла верующих.

Тела мертвых деистов бережно расставлены в помещении, и перед боем мятежники приходят сюда. Солдаты имитируют трофоллаксис и диалог с телами погибших, застывшими в боевых позах.

Все, кто хоть раз побывает в этом мавзолее, выходят оттуда преображенные, даже запах у них меняется. Хранить особей после смерти — значит придавать значение отдельному индивиду.

Движение деистов единственное в Городе утверждает, что нельзя считать частицами единого целого граждан, которых рожают на свет, чтобы после смерти выбросить без сожалений.

Слова мятежников-деистов действуют как наркотик ломехузы. Как только деисты заводят разговоры о богах, их невозможно не слушать.

Муравьи, приобщившиеся к «вере в Пальцев», перестают работать, ухаживать за расплодом, они думают только о том, как раздобыть еду и доставить ее Пальцам.

Королеву Шли-пу-ни, кажется, ничуть не беспокоит рост движения мятежников. Ее интересуют только сводки о крестовом походе.

По сообщениям мух, крестоносцы уже пересекли край мира и завязали битву с Пальцами.

Прекрасно, - испускает королева. — Эти Пальцы сильно пожалеют о том, что бросили нам вызов! Когда мы окончательно победим Пальцев там, то исчезнут сторонники Пальцев и здесь.

161. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Сказка. Слова сказка (conte) и счет (compte) по-французски произносятся одинаково. Замечено, что такое соответствие между цифрами и буквами существует практически во всех языках. Считать слова или рассказывать цифры, в чем разница? По-английски считать to count, рассказывать — to recount. По-немецки считать zahle, рассказывать — erzahlen. На иврите считать le saper, рассказывать — li saper. На китайском считать shu, рассказывать — shu.

Буквы и числа объединены со времен первых шагов развития языка. Каждая буква соответствует порядковому номеру, каждая цифра — букве. Евреи поняли это еще в древности, Библия — это магическая книга, научные знания представлены в ней в форме закодированных повествований. Если присвоить цифровое значение первым буквам каждой фразы, то откроется смысл первичного значения. Если присвоить цифровое значение буквам, составляющим слова, открываются формулы и ассоциации, которые уже не имеют ничего общего с легендами или с религией.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II

162. СЛУЧАЙНАЯ ПОМЕХА

Насекомые готовятся к большому контрнаступлению. Гнездо Пальцев тут, напротив, и они расценивают это как вызов.

Армия крестоносцев приняла решение. Они будут драться как одержимые, и первая же победа станет знаковой. Гнездо не сможет устоять перед ними. Легионы выстраиваются по специализациям. Восседая на «Большом Роге», 103-й приказывает атаковать маленькими компактными подразделениями, которые будут прятаться, как только появятся Пальцы. Эту стратегию использовали карликовые муравьи во время битвы в маках, и тогда она очень неплохо сработала.

Солдаты умываются. Обмениваются последними трофоллаксисами. Агитаторы испускают самые неистовые феромоны-призывы.

Вперед!

Линия из оставшихся пятисот семидесяти крестоносцев направляется вперед, грозная и решительная. Над ней летят пчелы, выставив свои ядовитые жала. Скарабеи щелкают мандибулами.

9-й собирается снова проделать в Пальце дырку и ввести туда пчелиный яд. Ведь это единственное эффективное средство против Пальцев.

Есть! Первая и вторая линии легкой пехоты несутся вперед, на флангах кавалеристы на длинных тонких лапках. Это превосходная армия: отборные отряды белоканцев, зедибейнаканцев, асколеинцев, моксилускунцев. Скарабеи хотят отомстить за своих сородичей, разбившихся о возникшую из бездны невидимую стену.

Третья и четвертая линии атаки тоже трогаются с места. Это тяжелая и легкая артиллерия. До сих пор никому не удавалось повернуть их вспять.

Пятая и шестая линии наступления будут добивать умирающих Пальцев, они уже погружают мандибулы в пчелиный яд.

Никогда армия насекомых не сражалась так далеко от родного гнезда. Все знают, что от этой битвы зависит судьба всех отдаленных территорий планеты!

Это больше чем просто битва, это война, от которой зависит господство над миром. Победитель станет хозяином всей планеты!

9-й прекрасно осознает это, да никто и не сомневается в его намерениях, глядя, как агрессивно он выставляет свои мандибулы.

Крестоносцы всего лишь в нескольких тысячах шагов от гнезда Пальцев, обитатели которого будто глумятся над ними.

8 ч 30 мин. На почте только что открыли дверь. Первые клиенты входят, даже не догадываясь, в какую игру ввязываются.

Насекомые переходят с рыси на галоп. Вперед, в атаку!

Именно в восемь тридцать здесь проезжала уборочная машина муниципальной службы. Этот маленький фургон поливал тротуар мыльным раствором.

Что с нами происходит?

Среди крестоносцев паника: на них обрушился шквал едкой жидкости.

Армия крестоносцев оглушена и затоплена.

Рассредоточиться! - вопит 103-й.

Волна высотой во множество десятков шагов захлестывает всех. Вода подпрыгивает и поднимается на большую высоту, сметая летучие легионы.

Крестоносцев выстирали.

Несколько скарабеев успевают взлететь, унося на себе гроздья обезумевших муравьев. Каждый дерется за место на жуке. Муравьи расталкивают термитов. Больше и речи нет о солидарности и дружбе народов! Каждый спасает свой каркас.

Нагруженные пассажирами скарабеи летят еле-еле и становятся легкой добычей для жирных голубей.

А внизу гекатомба.

Тайфуном сметены целые легионы. Бронированные тела солдат крутятся по мостовой, а затем проваливаются в водосток.

Таков конец красивой военной операции. Сорок секунд интенсивной водной струи — и армия крестоносцев уже никуда не идет. От трех тысяч насекомых разных видов, объединившихся, чтобы покончить с Пальцами, остается только горстка выживших с ранениями разной степени тяжести. Большую часть солдат унесла бушующая волна службы муниципальной чистки.

Деисты, недеисты, муравьи, пчелы, скарабеи, термиты, мухи — все без разбору сметены водяным ураганом.

Самое забавное заключается в том, что муниципальный служащий, который вел грузовик, ничего даже не заметил. Ни один человек не заметил, как только что Homo sapiens одержал победу в Большой Битве за Планету. Люди продолжали заниматься своими делами, они думали о работе, о дневных заботах, о том, что будут есть на обед.

Насекомые же прекрасно понимают, что они проиграли мировую битву.

Все произошло так быстро, что осознать весь масштаб катастрофы почти невозможно. За сорок секунд все лапки, которые прошли многие километры, все мандибулы, которые дрались в страшных битвах, все усики, которые улавливали запахи самых экзотических зон, превратились в разрозненные кусочки, плавающие в жиже оливкового цвета.

Первый крестовый поход против Пальцев уже не идет вперед и больше никогда не пойдет вперед. Он упокоился в могиле из мыльной воды.

163. НИКОЛЯ

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "День Муравья":