Бернард Вербер

Строительство фундамента дома здесь.

 



Бернард Вербер
Рай на заказ

(en: "Custom Paradise", fr: "Paradis sur mesure"), 2008

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 |

 


18-я страница> поставить закладку

 

— Что за ублюдки довели вас до такого состояния? Хулиганы? Бандиты? Насильники?

— Скорее грабители. Но, видишь ли, они очень решительно настроены. Без тебя мы пропали.

— Грабители? В шесть утра, на улице? Карина Валлемберг прижала к груди контейнер:

— Они хотят украсть вот это. Это настоящее сокровище... Я думаю, что это вообще самая ценная вещь на свете.

 

Ложка с первого удара разбила скорлупу. Мария-Жозефина с хлюпаньем выпила яйцо. Так же она поступила со вторым и третьим яйцами, посыпав их крупной герандской солью[37].

— Вот так история! И все из-за него... — сказала она, указывая на контейнер.

— Можно, я поставлю его в морозилку? — спросила Мадлен. — Если контейнер находится в обычных для окружающей среды условиях, температура внутри становится, как при высиживании. Это может стать сигналом к началу развитию зародыша.

— Будь как дома.

Мария-Жозефина приготовила обильный завтрак. Все трое были слишком взвинчены, чтобы заснуть. Карина налила себе чашку крепкого кофе.

Мадлен открыла морозильную камеру, стоявшую на кухне, и, вытащив несколько упаковок замороженных продуктов, поставила на их место контейнер, проверив показания контрольных циферблатов.

Помедлив секунду, она подняла крышку. Изнутри полился свет. Она поцеловала то, что находилось в ящике.

Карина и Мария-Жозефина разговаривали так, будто вовсе не расставались.

— Погоди, Мари-Жо, дай-ка вспомнить. Когда я видела тебя в последний раз, ты была летчиком-истребителем в военно-воздушных силах. Одной из первых женщин-пилотов.

— Не преувеличивай. Я была вовсе не цервой. Твоя мать всегда была слегка склонна фантазировать, да? Ох уж эта Карина!.. Если я правильно помню, ты училась на биолога. И долго работала в университете. Кажется, ты изучала ящериц. Исследовала, как они занимаются любовью. Ты как-то рассказывала, что обнаружила ящерицу-лесбиянку.

И Мария-Жозефина дружески хлопнула Карину по спине. Та ответила:

— Это не совсем так, но в целом ты права: да, я занималась биологией.

Мадлен раздвинула занавески и выглянула в окно.

? На сколько мы можем тут остаться? — спросила она.

? На сколько вам нужно, разумеется!

Мария-Жозефина выпила еще одно яйцо и посмотрела на Мадлен с легким разочарованием:

— Значит, у тебя дочь... Я знала, что однажды ты променяешь меня на мужчину. Ты никогда не была одной из нас. Ты всегда оставалась би.

— Это упрек?

— Нет, сожаление.

Карина намазала кусок хлеба маслом и джемом:

— Когда закончились студенческие волнения[38], я встретила мужчину, который стал ее отцом. Знаешь, почему я назвала нашу дочь Мадлен? Однажды я сказала ему: "Я родила этого ребенка, чтобы не забыть тебя". А он сказал: "Как печенье "мадлен" у Пруста?" [39]

— Она великолепна. Ты можешь гордиться, что у тебя такая дочь.

— Мадлен тоже биолог. Но она пошла гораздо дальше меня. Представляешь, она получила Фельдмановскую премию! Моя маленькая Мадлен! Я вот никогда даже не была номинирована. А ты... Неужели ты так никогда и не пробовала по-другому?..

— Конечно, пробовала. Я тоже встретила мужчину. Но не после, а во время волнений. Это был полицейский из СRS[40]. Он сцапал меня... и мы поженились. И у меня родился сын. Он еще спит, но, наверное, скоро проснется.

— Он живет с тобой?

— Что может быть лучше, чем любящий сын, который живет вместе с матерью? Это почти примиряет меня с существованием мужчин.

— Его отец умер?

— Нет, но это же мужчина. Сама знаешь, каковы они. Не смог вынести, что я старше званием. Комплекс неполноценности. Ни с того ни с сего ушел к женщине, которую считал себе ровней, — к какой-то контрактнице!

Мария-Жозефина и Карина расхохотались. Мадлен по-прежнему стояла у окна, не сводя глаз со входа на виллу.

— А где отец твоей дочери?

— Я тоже не отличалась оригинальностью: ты нашла мужа в военной форме, а я — в белом халате. Он гинеколог.

— Ну значит, он хотя бы разбирается в устройстве женского организма.

— Как бы не так! Сапожник без сапог! Женщины были его профессией и объектом научных исследований, но ты не представляешь, что он делал вечером, когда мы...

Мария-Жозефина глазами указала Карине на Мадлен, напоминая, что та слышит их разговор.

? Хм... Твой отец был очень обаятельным мужчиной, но, скажем прямо, у него тоже был комплекс неполноценности. Он бросил меня ради какой-то медсестры.

— Тоже остался верен профессии, — вздохнула Мари-Жо.

— Быть может, именно это и заставило меня вернуться к женщинам: отсутствие воображения у мужиков. А что было потом? Ну рассказывай!

— Последний раз я видела его на фотографии!.. На сайте знакомств! Там было написано "Специалист по точке G". Вот хвастун! У меня он ее найти так и не сумел.

Обе женщины опять громко рассмеялись. Мадлен, чувствуя себя все более неловко, вернулась за стол. В этот момент за ее спиной кто-то произнес басом:

— Надеюсь, что вы, госпожа Валлемберг, не из тех, кто поступает как все.

Мадлен обернулась и подскочила от изумления.

— Знакомьтесь, это мой сын Жерар! — представила Мария-Жозефина мужчину с тщательно ухоженной бородой, в военной форме со множеством нашивок и фуражке.

Мадлен узнала его: полковник из Опера-Гарнье!

— Я же говорил, госпожа Валлемберг, что рано или поздно мы снова встретимся.

Он протянул Мадлен руку, но та не пожала ее.

— Ах да! — воскликнула Мари-Жо. — Забыла сказать! Отец Жерара служил в полиции, а он выбрал армию, хотя я сделала все, что было в моих силах, чтобы помешать ему.

 

Час спустя Мари-Жо и Карина разглядывали фотографии времен своей юности, а Мадлен и полковник пили кофе, сидя на значительном расстоянии друг от друга.

Наконец полковник нарушил молчание:

— Мне поступила информация из министерства. Нападение на вас организовали иностранные агенты.

Мадлен не поднимала глаз от чашки.

— Спасибо за ценные сведения.

— Проблема в том, что за вами охотятся не только они. Еще несколько стран отправили своих агентов, чтобы завладеть... вашим сокровищем.

— Я надеялась, что мне удастся сохранить все в тайне. Думала, что, если буду каждый вечер отвозить его к матери, никто ничего не заподозрит.

— Вы можете остаться здесь. Не думаю, что они доберутся сюда, но у нас есть другой повод для беспокойства. Когда я встретился с рами официально, то хотел предложить помощь от имени французского правительства. Вы могли бы в полной безопасности продолжать ваши исследования в секретной лаборатории.

Мадлен ехидно поинтересовалась:

— Чтобы спасать жизнь военным?

— Теперь дело уже не в этом. Ситуация гораздо более сложная.

Он встал, взял кофейник и предложил Мадлен еще кофе, но та отказалась.

? Я расскажу вам, что происходит. Истинное положение дел сильно отличается от того, что вам рассказывают по телевизору. — Он налил себе кофе. — В прошлом уже был совершен ряд ошибок. Соединенные Штаты чрезмерно вооружили Пакистан, намереваясь сделать его своим союзником против России, талибов и Китая. В те времена с пакистанскими президентами, скажем так, можно было иметь дело. Их ученые, занимавшиеся военными разработками, постоянно улучшали имеющееся у страны вооружение. Они создали чудовищную по силе бомбу под названием "Big Crunch" [41]. Профессор Кан, возглавлявший проект, сбежал из центра ядерных исследований и рассказал о том, насколько мощен этот новый вид оружия массового поражения. Большой взрыв породил Вселенную. Большое сжатие разрушит наш мир.

— Какая польза одной стране, если весь мир погибнет?

Полковник пожал плечами:

— Хуже всего то, что практически все страны, располагающие ядерными технологиями, помогли им создать эту мерзость.

— И только ради денег?

— Конечно. Каждое государство руководствовалось логикой: "Если мы откажемся им помочь — то есть откажемся от выгодной сделки, — это все равно сделает другая держава".

— Они сами сплели веревку, на которой их повесят.

— Обычная недальновидность. Они видели лишь ближайшую выгоду и не задумывались о последствиях. Все было в порядке, пока у власти находился относительно здравомыслящий президент, но затем произошло успешное покушение на премьер-министра Али Пешнавара.

— Взрыв в машине?

— Совершенно верно. Премьера сменил руководитель секретных служб, генерал Ахмед Хасан, талиб, перешедший на сторону правительства. Впрочем, меньшим фанатиком он от этого не стал. Ведь и талибов он предал потому, что считал их... слишком умеренными. Он сразу получил важный пост в пакистанских секретных службах, благо знает он это дело в совершенстве. Далее последовала череда новых предательств, и в результате хорошо спланированной серии заговоров Хасан поднялся на вершину пакистанской политической системы.

— Он стал новым главой переходного правительства?

— Да. После того как убил своего предшественника. Чужими руками, разумеется.

Мадлен постепенно начинала понимать.

— А вот о чем широкая общественность не знает: Ахмед Хасан обречен, у него рак в последней стадии, и свои последние силы он тратит на то, чтобы достичь единственной ужасной цели. Бывший талиб остался непримиримым сторонником исламского фундаментализма, впрочем, он никогда и не отрекался от своих воззрений. Он убежден, что человечество должно очиститься от скверны и вознестись в рай. Вместе с ним. Он собирается устроить самоубийство, в которое будет вовлечена вся планета. Такова печальная реальность.

Мадлен судорожно сглотнула:

— Почему же вы не остановили его раньше?

— Хасан — политический гений. Мы думали, что им можно манипулировать. А оказалось, что это он манипулировал нами.

— Устройте на него покушение, так же как он поступал со своими жертвами. В лучших традициях этой страны.

— Невозможно. Он заперся в бункере. У него крайняя степень мании преследования.

— Пусть его убьет кто-нибудь из его генералов.

— Он полностью контролирует все свое окружение, так что никто не сможет его свергнуть.

— И он действительно хочет, чтобы все погибли?

— Число терактов в Индии растет с каждым часом. И никто о них не говорит, потому что на этот раз все слишком серьезно.

— Я не понимаю...

— Сталин говорил: "Когда убивают одного — это трагедия, когда убивают миллион — это статистика". Теперь уже речь не о трагедиях. По каким-то неведомым причинам генерал Ахмед Хасан любит смерть. Свою и всего человечества.

Мадлен встала и снова подошла к окну.

— Я не знала, что все зашло так далеко, — глухо произнесла она.

— Даже если нам удастся удержать индийские власти от эскалации конфликта, пакистанские военные, действующие по указке Хасана, будут выдвигать все новые непомерные требования. А самому Хасану нечего терять. Он знает, что обречен.

— И что теперь? Миллионы должны разделить судьбу одного сумасшедшего самоубийцы?!

Жерар печально улыбнулся:

— История доказывает обратное.

На диване у них за спиной Карина и Мари-Жо сидели держась за руки.

— Мне так тебя не хватало! Но я не решалась разыскивать тебя...

Полковник отвернулся.

— Меня зовут Жерар, — сказал он, протягивая Мадлен руку.

На этот раз девушка с жаром пожала ее:

— Мадлен. Прошу прощения за мать. Она всегда была... Как бы это сказать... Слишком молода душой.

— Кажется, им хорошо вместе. Адаптация к необычным обстоятельствам. Полагаю, это одна из тем ваших исследований?

Они вышли на кухню, и Мадлен вновь запустила кофеварку.

— Поверьте, я говорю серьезно. Ставки слишком высоки. Вам нужно перебраться в хорошо охраняемую лабораторию. Вы будете в полной безопасности и получите все необходимое для работы.

Мадлен медленно подняла голову и посмотрела прямо в глаза полковнику:

— Вы знаете, что находится в контейнере?

— Я догадываюсь.

— Нет. Думаю, вы этого даже близко не представляете.

Мадлен подвела полковника к морозильной камере:

— У генерала Ахмеда Хасана есть "Big Crunch". А у меня — вот это.

Она вытащила ящик, осторожно открыла замки и подняла крышку. Над контейнером поднялся пар, освещенный призрачным светом.

Полковник Жерар Пантель наклонился и увидел внутри яйцо размером со страусиное, на котором был наклеен ярлычок: "Ева-001".

Полковник вздрогнул. Он прикрыл глаза и перевел дыхание:

— Вы хотите сказать, что это... Мадлен кивнула:

— Прототип нового человека.

 

Смолистые ветки ярко пылали. Костер бросал золотистые отблески на мостовую перед Версальским замком.

Стены исторического памятника были полностью скрыты лианами и цветами. Вокруг огромного костра собрались женщины в длинных шелковых накидках. У некоторых из них были украшения из ракушек или полупрозрачных камней, оправленных в серебро.

Ребекка встала. Обращаясь к окружавшим ее женщинам, она сказала: "Вы должны поверить мне: они действительно существовали. Это не миф. Когда-то давно на Земле жили самцы человека".

На ноги вскочила крупная блондинка: "И как же, по-твоему, они выглядели? " Темноволосая женщина показала всем пластиковую папку, из которой осторожно вытащила обложку иллюстрированного журнала. "Вот документ, найденный при раскопках. Здесь запечатлены сцены из жизни той эпохи. Хорошо видно, что женщина, изображенная справа, не похожа на свою соседку. У нее на подбородке пучки шерсти, нет груди, шире плечи, и вообще она выглядит совершенно иначе". — "Ну и что? — возразила блондинка. — Да, эта женщина выглядит иначе, но это ничего не доказывает. Просто у нее такой стиль". Амазонки засмеялись. Ребекка повторила: "Я уверена, что зто не миф. Раньше существовал второй пол. На нашей планете жили самки и самцы человека". — "Допустим, но как, по-твоему, самцы размножались?" — спросила блондинка. "Как животные, как двуполые виды живых существ", — ответила Ребекка. "Ты хочешь сказать, что они делали это как примитивные биологические виды?" — фыркнула блондинка.

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "Рай на заказ":