Бернард Вербер

Подробности аренда автокран 50 тонн здесь.

 



Бернард Вербер
Третье человечество

(en: "Third Humanity", fr: "Troisiéme Humanité"), 2012

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 |

 


11-я страница> поставить закладку

 

Неожиданно внимание Авроры привлек какой-то шум. Она увидела наблюдавшего за ней издали человека. Увидев, что его обнаружили, человек побежал.

 — Эй, подождите!

Аврора бросилась вдогонку, расстояние между ними стало сокращаться. Когда ей наконец удалось нагнать беглеца, оказалось, что это девочка лет тринадцати. Она отбивалась изо всех сил. Авроре с трудом удалось схватить ее за руки и успокоить. Девочка, запыхавшись, не сводила с незнакомки затравленного взгляда. Аврора улыбнулась и отчетливо произнесла:

 — Амазонас? Амазонки?

Беглянка застыла в нерешительности, затем резко помотала головой. Аврора достала десять лир, но девочка посмотрела на деньги совершенно равнодушно.

 — Послушай, малышка, я ищу амазонок. Где они?

Она надеялась, что если беглянка и не говорит на ее языке, то хотя бы понимает смысл. Она показала ей атлас дорог:

 — Амазонки? Где?

Аврора вытащила еще две бумажки по десять лир, и девочка согласилась взять в руки карандаш и атлас. Она медленно провела линию, упиравшуюся в какой-то крест. Затем вырвала у Авроры из рук деньги и бросилась прочь.

Аврора взяла атлас и увидела, что нужное ей место находится совсем рядом с иранской границей. Она вновь села За руль. Местность вокруг становилась все более пересеченной. Расположенное на высоте 1000 метров плато выглядело как лунный пейзаж и было изрыто идеально ровными кратерами. Аврора увидела открытый угольный карьер, остановилась на обочине, вышла из машины и осмотрелась.

Земля под ногами задрожала от серии взрывов, горная порода лавиной рухнула вниз. Аврора различила самосвалы — в их кузовах возвышались кучи черной породы — и поняла, что ради добычи угля здесь срыли целую гору.

Она поехала дальше. Через несколько десятков километров она увидела указатель, на котором было написано: «Uchisar». Здесь вокруг везде были пещеры, превращенные в жилища. Когда-то тут жили первые христиане, бежавшие сюда от преследований. Аврора поехала дальше по дороге, но путь ей неожиданно преградили шлагбаум с надписью: «Стоп. Проезда нет» — и военный блокпост.

К Авроре вразвалку подошел мужчина с большими усами, в зеленом мундире, солнцезащитных очках и шлеме, вроде тех, которые носят американские полицейские. Приложив ко лбу два пальца, он по-военному отдал честь.

 — Closed, finish, mademoiselle[4], — сказал он с сильным акцентом.

Во рту у него поблескивал золотой зуб. Аврора протянула ему паспорт и разрешение, выданное турецким Министерством науки.

 — Я французский ученый.

 — А! Франция? Париж? Sorry[5], невозможно. Зона оцеплена. Закрыто, closed, finish.

 — Но почему?

Мужчина попытался собрать все свои познания во французском языке и произнес:

 — Вы не слышать news? Курдский боевики из КРП[6]устроить теракт. Воспользоваться манифестация студентов и устроить проблема по два стороны граница. Был засада. Три погибли. Теперь тут зона боевых действий. Very dangerous for strangers[7]. Мы с иранцами together against[8]курды. Но вас, французы, не любить.

 — Почему?

 — Вы запрещать женщины носить паранджа. И вам тоже надо платок, закрыть волосы. Волосы вот так — это шок…

Он указал на своих коллег, бросавших на них косые взгляды.

 — Я знаю, зачем вы здесь, — сказал полицейский, заметив пометку в дорожном атласе Авроры. Тон его посуровел. — Искать амазонок, да?

Аврора напряглась.

 — Это легенда для туристов. It is fake. No exist[9]. Здесь только курдские террористы, а дальше иранские военные. Very very dangerous. Вы уезжать. Come back[10]к себе. — Он посмотрел на быстро темневшее небо. — It is late[11]. Скоро the night[12]. Вы ехать деревенский гостиница. Not far. Secure[13]. Еще может подняться little wind[14]и пойти fresh[15] дождь.

Несколько минут спустя Аврора остановилась у единственной гостиницы в деревушке. Она была похожа на альпийское шале с некоторым восточным налетом. Директор гостиницы расправил густые угольно-черные усы, взял у Авроры чемоданы, отвел ее в комнату, разложил вещи, зажег свет и открыл окна, чтобы продемонстрировать открывавшийся на горы вид. Она рухнула в кровать, снедаемая чувством поражения, и заснула, еще раз прослушав, на этот раз в наушниках, песню The Doors.

Here is the end…

36. Энциклопедия: Четыре всадника апокалипсиса

«Апокалипсис» представляет собой последнюю книгу Нового Завета.

Принято считать, что его, в возрасте 82 лет, продиктовал своим ученикам святой Иоанн, сосланный на греческий остров Патмос (в 79 году после Рождества Христова, в момент извержения Везувия).

По всей видимости, в значительной степени его на это вдохновил более древний текст, приписываемый пророку Захарии. Это наиболее эзотерическое и зрелищное писание Нового Завета.

«И вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить».

«И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч».

«И вот, конь вороной, и на нем всадник, имеющий меру в руке своей. И… голос… говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай».

«И вот конь бледный, и на нем всадник, которому имя „смерть“; и ад следовал за ним; и дана ему власть над четвертою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными».

Эдмонд Уэллс, «Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том VII

37

Давид Уэллс захлопнул смартфон, на котором перед этим читал найденную в компьютере отца Энциклопедию прадеда. После «Цивилизации великанов» текст, посвященный четырем всадникам Апокалипсиса, его озадачил.

Отец вроде говорил ему, что в нем описано не то, что должно произойти с нашей цивилизацией, а то, что случилось с великанами. Пророчество, которое, казалось бы, говорит о будущем, но на деле повествует о прошлом, покрытом завесой тайны, в глазах молодого человека выглядело шуткой.

Пока другие пассажиры самолета еще спали, он поднял пластиковую заслонку иллюминатора и увидел через толстое стекло густые, уходившие за горизонт леса. С высоты северная часть Демократической Республики Конго напоминала собой безбрежное, покрытое зелеными барашками море.

Чем ближе они подлетали к границе между Конго и Камеруном, тем больше леса выглядели так, словно на них набросилась стая прожорливых грызунов, которыми, как полагал Давид, были бульдозеры. Стальные машины, двигаясь по прямой, срезали лес как бритвой. Ему вспомнилась реклама:

«КРИСС» — БРИТВА С ЧЕТЫРЬМЯ ЛЕЗВИЯМИ

Первое лезвие оттягивает щетину.

Второе оттягивает ее еще больше.

Третье лезвие щетину срезает.

Четвертое вырывает корни.

Давид подумал, что для кожи «Крисс» была сущим апокалипсисом.

Если только апокалипсис не является бритвой с четырьмя лезвиями для… человечества.

От этой мысли молодой человек улыбнулся. Он вгляделся в бескрайний лес и увидел вдали город.

Наверное, Весо.

Давид знал, что этот город стал мировой столицей торговли ценными породами древесины и что эксплуатация лесных угодий была здесь основным источником дохода.

Он вновь подумал о своей сопернице, Авроре Каммерер. И тут же перед его мысленным взором предстали ее точеное лицо с золотистыми, миндалевидными глазами и отмеченная печатью лукавства улыбка. Спросив себя, чем в данную минуту может заниматься конкурентка, он решил, что она, должно быть, ведет разговоры с амазонками, подготавливая «феминизированную» эволюцию человечества.

И вновь к молодому человеку вернулось ощущение, что он с ней был давно знаком.

Давид закрыл глаза и вспомнил свои былые любовные истории. После ряда поражений (ему не раз говорили фразы типа: «Мне очень жаль, но для меня ты слишком молод», «Я сожалею, но ты для меня маловат») он стал задаваться вопросами о том, почему девушки желали вступать в романтические отношения не столько со сверстниками, сколько со зрелыми мужчинами. Он не ожидал, что в таком деле, как ухаживание за женщинами, юный внешний вид может стать препятствием. Как же ему хотелось иметь низкий голос, посеребренные сединой виски и даже бороду. Но даже волоски на подбородке и те были у него редкими и какими-то застенчивыми.

Наконец, он покончил со своей девственностью, подойдя к проблеме с другой стороны.

Любая ошибка, которую признал человек, становится творческим выбором.

Будучи не в состоянии разыгрывать из себя мужчину-защитника, он стал прикидываться хрупким ребенком, чтобы пробудить в женщинах материнский инстинкт.

Кроме того, он переориентировался на другие цели. Покончив с лолитами, корчившими из себя роковых женщин, он начал ухаживать за зрелыми дамами с пышными формами. И результаты превзошли все ожидания. Конечно же они говорили с ним как с ребенком, прижимали к своим пухлым телесам и прятали его голову между выдающихся грудей. Они называли его нежными уменьшительными именами, но все это было неважно, ведь он наконец нашел свой метод ухаживания, гарантировавший победу: подчеркивать свое несходство с окружающими, извлекая из этого выгоду.

Он, как и служивший ему примером Наполеон, стал множить свои любовные завоевания и постепенно перешел от самых доступных женщин к самым недосягаемым, которых вожделели все остальные мужчины. Благодаря выработанной им стратегии, которой он овладевал все лучше и лучше, Давид смог сокрушить даже самые неприступные крепости.

За иллюминатором простиралась Африка, и перед мысленным взором молодого ученого вдруг предстал образ отца. Ему неожиданно вспомнилось, как тот его представил в одном из своих телевизионных интервью: «Мой сын спасет мир. Он принадлежит к поколению, которое больше не знает пределов и возлагает на себя огромную ответственность. И я уверен, у него все получится». Давид подумал — чтобы запрограммировать судьбу человека, порой бывает достаточно одной-единственной фразы.

Самолет приземлился в аэропорту Весо.

Подхватив багаж, Давид Уэллс направился к таможне.

Конголезский офицер, не в состоянии смириться с мыслью о том, что этот похожий на подростка француз достиг совершеннолетия, несколько раз проверил подлинность его паспорта и проставил в удостоверении личности штамп с изображением президента — сидящего на троне с короной на голове и скипетром в руке.

Давид вышел из аэропорта с кондиционированным воздухом и вдохнул обжигающую атмосферу улицы. И подумал о том, что все страны, включающие в свои названия слово «демократический», на самом деле являются диктатурами: Корейская Народно-Демократическая Республика, Германская Демократическая Республика, Демократическая Республика Камбоджа.

И еще один парадокс: свободу у народа отнимают во имя этой самой свободы.

Он увидел в зале прилета мужчину, державшего в руках табличку с надписью «Доктор Уэллс». Это был африканец высокого роста, с коротко стриженными волосами, в бежевом костюме, на лацкане пиджака висело несколько медалей. Он широко улыбнулся Давиду и энергично потряс его руку:

 — Меня зовут Н’гома, я буду вашим проводником.

 — Очень приятно, Н’гома.

 — И вот вам первый совет, — заявил африканец, — не забудьте намазаться кремом от солнца: в первые дни оно жарит просто невозможно. И я захватил несколько фляг, потому что нельзя допускать обезвоживания. Вперед, навстречу новым приключениям!

Давид уложил багаж в ожидавший их роскошный «Пежо 4x4», и они помчались по гладкой асфальтовой дороге. Выехав из Весо, покатили вдоль реки Санга к берегам Нгоко.

Первое, что поразило Давида, — ощущение, что все здесь громадное. Люди были крупнее, деревья выше, комары больше, даже солнце и то, казалось, увеличилось в размерах.

А еще все было разноцветным. Повсюду цветы, растения, бабочки и насекомые. Он еще никогда не видел такой яркой природы.

Воздух был насыщен тысячей ароматов — запахами песка, листьев, пыли, цветов и резины. Проезжая деревни, они видели людей, которые работали или разговаривали.

Дети выглядели веселыми, женщины в замысловатых бубу то и дело хохотали.

Проводник Давида Н’гома совершенно расслабился. Он настроил магнитолу и выбрал «Девятую симфонию ре минор» Бетховена, удивительно гармонировавшую с фантастическим пейзажем.

Машина проехала мимо вывески «Национальный парк. Въезд воспрещен» и остановились у решетки, которую охраняли вооруженные люди с нашивками «Служба безопасности». Проводник махнул рукой, охранники узнали его и подняли шлагбаум.

 — Красиво, правда? Эти деревья достигают в высоту шестидесяти метров, некоторым из них более тысячи лет! — сказал Н’гома. — Это последнее, что осталось от первобытного леса. Эта масса растительности дает огромное количество кислорода. Здесь, в Конго, находятся легкие не только Африки, но и всей планеты. Здесь и в бассейне реки Амазонки.

Давид заметил, что некоторые деревья уходят ввысь так далеко, что увидеть их кроны с земли невозможно. Не выпуская из рук руля, Н’гома объяснил, что он племянник хозяина делянок, где ведутся лесоразработки. Именно поэтому они воспользовались въездом для избранных.

 — Лесоразработки? Но ведь у ворот написано «Национальный парк»!

 — Здесь не стоит доверять вывескам. Это действительно национальный парк, но его купил мой дядя, он заготавливает лес. В этих деревьях содержатся редкие эфирные масла. Найти их можно только здесь и больше нигде. Они стоят целое состояние, и на них, естественно, большой спрос. Существует несколько мафиозных группировок…

 — Лесная мафия?

 — Господин Уэллс, вы находитесь на одной из самых современных лесозаготовительных делянок в мире. На вашем месте я снял бы документальный фильм об этом.

Нас считают развивающейся страной, но вы увидите, что наши лесоразработки механизированы и компьютеризированы, тут полно камер видеонаблюдения, которые ничем не уступают западным аналогам. Даже бразильцам не удается добиться таких темпов заготовки и обработки древесины. Наше производство растет семимильными шагами.

 — Сейчас меня эта тема не интересует, — ответил Давид, раздраженно отгоняя москитов.

Он обильно потел и не выпускал из рук фляги с водой. Они пересекли несколько заболоченных участков с торчавшими из земли корнями.

 — Я думаю, что мы должны найти их здесь, — заявил проводник.

Выйдя на поляну, они обнаружили следы недавней стоянки, наконечник стрелы и треснувшую деревянную чашку.

 — Когда вы видели их в последний раз? — спросил Давид.

 — Месяц назад. Проблема в том, что вы хотите встретить не цивилизованных, а диких пигмеев, которые живут охотой и собирают плоды и ягоды. Они ведут кочевой образ жизни. Они не знают, что такое земледелие, скотоводство, оседлость. Они часто переходят с места на место. Именно поэтому они так раздражают правительство. Поди узнай, где они сейчас! Не говоря уже о том, что они устраивают стоянки в самых дебрях джунглей. Поскольку они прячутся под густой листвой, их нельзя засечь даже с вертолетов и спутников.

 — Но мы их все же найдем, не так ли? Я для этого сюда и приехал, — напомнил французский исследователь.

Проводник посмотрел на редкие облака высоко в небе:

 — С учетом того, что сейчас весна, племена пигмеев, должно быть, откочевали на запад. Они часто так поступают.

В этот момент до их слуха донесся какой-то треск. Низкий звук, за которым последовала дюжина других. Это рвались волокна древесины. Деревья, словно повинуясь чьей-то воле, склонились и рухнули — шелестя листвой, выпуская на волю бабочек и цветы.

Давида это зрелище живых стволов, срубаемых с такой легкостью, зачаровало.

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "Третье человечество":