Бернард Вербер

http://morphme.ru/ где купить детское творчество грим.

 



Бернард Вербер
День Муравья

(en: "The Day of the Ants", fr: "Le Jour Des Fourmis"), 1992

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |

 


29-я страница> поставить закладку

 

Эффект внезапности сработал. На каждом жесткокрылом по четыре, а то и по пять артиллеристов, они обстреливают пчел частыми очередями муравьиной кислоты.

Пчелиный рой приостанавливается, потом снова устремляется вперед. Солдаты Асколеина приготовили жала к бою.

Рассредоточиться в линию! - приказывает пчела. — Бейте их коней!

Вторая линия жуков-носорогов срабатывает не столь эффективно. Пчелы уклоняются от выстрелов, садятся жукам на брюшки и, поднимаясь до их горла, вгоняют до упора свое жало. С головокружительной высоты обрушиваются уже жесткокрылые и их неуклюжие погонщики.

Отдан приказ-танец:

Вперед! В атаку!

Обрушивается дождь из асколеинских жал.

Пчелиное жало имеет форму гарпуна. Если оно застревает в теле жертвы, то пчела, пытаясь освободиться, вырывает свою ядовитую железу и погибает. Кирасы муравьев не задерживают пчелиных жал, зато доспехи скарабеев — напротив.

В эти минуты многие носороги падают вниз, сбиваются в беспорядочную кучу и становятся добычей пчел-убийц.

Правильные геометрические построения солдат разрушаются. Мирмекийская свалка разделяется на несколько свалок, более мелких и плотных. Пчелиный треугольник превращается в кольцо.

Битва разворачивается сразу на ста этажах — полях битвы, расположенных друг над другом. Это как игра в шахматы, если играть на ста параллельных досках.

Чем сильнее сближаются противники, тем зрелищнее битва. Армада белоканских кораблей блистает. Пчелы поднимаются ввысь в восходящих потоках горячего воздуха и оттуда бросаются на невозмутимых скарабеев, беря их на абордаж. Пчелы похожи на вереницу маленьких кораблей во время атаки на большие суда.

Выстрелы 60-процентной муравьиной кислотой как фуга из жидкого пламени. Обгоревшие крылья дымятся, раненые пчелы пикируют и молниеносно впиваются в панцири скарабеев.

Когда жала пчел оказываются слишком близко и в пчел невозможно прицелиться, артиллеристы отламывают жала, стискивая их мандибулами.

Рискованная игра. Чаще всего жало выскальзывает и впивается муравью в рот. Смерть почти мгновенная.

Витает запах жженого меда.

У пчел иссякает яд. Их жала-шприцы больше не могут вводить смертельное вещество. У артиллеристов не осталось кислоты. Жидкие огнеметы больше не действуют. В последних стычках голые мандибулы выступают против сухих жал. И пусть победит самый быстрый и меткий!

Иногда носорогам удается насадить пчел на рог. Один сообразительный скарабей усовершенствовал технику: сначала он подталкивает пчел щеками, потом насаживает на рог. Три неудачливых солдата Асколеина, как шашлык из желтых с черными полосками фруктов, уже насажены на острие.

103-й замечает, что 9-й сражается с пчелой. Правой мандибулой он тычет ей в спину. У насекомых нет запрещенных приемов. Все дозволено -лишь бы остаться в живых.

Потом 9-й в одиночку на своем носороге несется на группу пчел в боевой позиции. Они тут же выстраиваются в линию, ощетинившуюся копьями. Перед их жалами отступил уже не один муравей, но 9-й на своем носороге набрал такую скорость, что ничто не может его остановить. Рог мощным ударом врезается в линию шипов. Группа разлетается.

Поднявшись на две задние лапки, 103-й сражается мандибулами-саблями против жал-рапир сразу двух пчел. Но его скакун-носорог теряет высоту. Черные гарпуны торчат вокруг его рога, и ему все труднее удерживаться в полете.

Животное выдохлось. По всему его телу сочится кровь. Скарабей продолжает терять высоту. Вот он уже на уровне бегоний.

Полет 103-го заканчивается крушением.

Над ним вьются пчелы, но отряд пеших артиллеристов быстро их отгоняет.

Теперь 103-му надо предпринять кое-что очень важное.

Над мешаниной схватки пчелы танцуют восьмерками, докладывая о ходе битвы.

Нам необходимо подкрепление.

Из улья сразу же вылетают свежие силы.

Новые эскадрильи состоят из молодых (большинству не более двадцати-тридцати дней от роду), но смелых пчел.

Через час белоканцы потеряли дюжину из тридцати имеющихся носорогов и двадцать из трехсот занятых в битве артиллеристов.

Со стороны асколеинцев, поспешивших к облачку, четыреста погибших. Выжившие колеблются. Что лучше: драться до конца или вернуться и защищать гнездо? Они выбирают второе.

Когда жесткокрылые и их белоканские артиллеристы наконец приземляются в Золотом улье, там подозрительно пусто. Во главе муравьев 9-й. Рыжие чувствуют ловушку и медлят на пороге.

113. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Солидарность. Солидарность проявляется не в радости, а в беде. Все чувствуют близость с тем, кто разделил с ним трудности, а не с тем, с кем пережил счастливое событие.

Несчастье — источник солидарности и единения, а счастье чаще разъединяет. Почему? Потому что во время всеобщего триумфа каждый чувствует себя ущемленным в оценке личных заслуг. Каждый считает, что он единственная причина общего успеха.

Сколько семей распалось из-за дележки наследства? Сколько рок-н-роллъных групп были единым целым до… признания? Сколько политических движений исчезло, как только добиралось до власти?

Этимологически слово «симпатия» происходит от sun pathein, что значит «страдать с». Так же «сочувствие» происходит от латинского cum patior, которое тоже означает «страдать с».

Переживая страдания отдельных представителей всей нашей группы, мы можем на мгновение отвлечься от тягот собственной судьбы.

В воспоминаниях о пережитой вместе голгофе заключается единение и сила группы.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том II

114. В УЛЬЕ

9-й спускается со своего боевого скакуна и принюхивается. Рядом приземляются остальные муравьи. Быстрая перегруппировка.

Построение: отряд на очень опасном участке.

Компактным квадратом они проникают во вражеский улей. Внутри жуки-носороги будут совершенно бесполезны. Их оставляют у входа жевать кору.

Белоканцы, похоже, проникли в святилище. Кроме пчел, никто еще не входил сюда. Кажется, восковые стены хотят сковать муравьев. Солдаты осторожно продвигаются вперед.

На безупречных восьмиугольниках мерцают золотые блики. Мед отсвечивает от проникающих редких солнечных лучей. Лужицы воска спаяны прополисом, эта красноватая резинка, которую пчелы собирают с соцветий каштана и ивы.

Ничего не трогайте! - предостерегает 9-й.

Слишком поздно. Мед привлекает муравьев, некоторые начинают пробовать его и тут же увязают. Вытащить их и при этом самому не угодить в эту трясину невозможно.

У некоторых артиллеристов еще сохранились в запасе остатки кислоты, они осторожно идут вперед, готовые выстрелить при любой внезапной опасности.

Пахнет сахаром и западней.

Ничего не трогайте!

Они чувствуют, что в восковых сотах притаились рабочие и солдаты Асколеина, готовые по первому приказу наброситься на них.

Крестоносцы подходят к восьмиугольной решетке, похожей на сердцевину ядерного реактора. Но вместо урана там находятся будущие граждане Золотого улья. Восемьсот альвеол наполнены яйцами, тысяча двести альвеол — личинками, две тысячи пятьсот альвеол занято белыми нимфами. В центре шесть самых главных альвеол. Здесь развиваются личинки принцесс.

Муравьев поражает архитектура. Это блеск цивилизации, достигшей своей вершины. Не то, что в муравьиных Городах, где путаные коридоры прорыты кое-как по законам наименьшего сопротивления. Неужели муравьи не столь умны и не столь изысканны, как пчелы? Так можно было бы подумать, сравнив мозг пчелы и муравья: мозг пчелы больше. Однако биологические исследования королевы Шли-пу-ни, доказали, что ум — это не только размер мозга. Среди всех насекомых периферические отростки нервной системы больше всего развиты у муравьев.

Белоканцы идут дальше и обнаруживают сокровищницу — комнату, наполненную продуктами. Десять килограммов меда, а это в двадцать раз больше, чем вес всех обитателей улья. Рыжие спорят, нервно шевеля усиками.

Все это слишком опасно. Они разворачиваются и направляются к выходу.

Смерть беглецам! Нападем на чужаков, они все равно заперты в нашем улье, - призывает одна из пчел.

Из восьмиугольных альвеол вырываются пчелиные воины.

Муравьи падают под ударами ядовитых жал. Тех, кто приклеен к полу, даже не удостаивают поединка.

Но 9-й успевает вывести из гнезда основные силы отряда. Муравьи садятся на жуков-носорогов и взлетают, а войско Асколеина бросается за ними в погоню, испуская победные запахи.

Внутри Золотого города уже готовятся праздновать победу, как вдруг раздается зловещий треск. Потолок Асколеина обваливается, а в гнездо проникают муравьи, сотни муравьев.

103-й разработал великолепный план. Пока пчелы преследовали мирмекийскую армаду, он вскарабкался на дерево и напал с тысячами белоканцев на оставленный без защиты летающих солдат город.

Внимание, ничего не ломать. Минимум жертв. В заложники берите личинки принцесс! - бросает 103-й, расстреливая личную охрану королевы Заха-эр-ча.

Крестоносцы очень быстро взяли мандибулами за горло всех принцесс. Город сдается. Асколеин проиграл битву.

Королева все поняла. Вторжение отряда было всего лишь отвлекающим маневром. А в это время муравьи, не имеющие летучих кобыл, прогрызли крышу и открыли второй фронт, гораздо более опасный, чем первый.

Так была выиграна битва «Маленького серого облака», которая привела к полному завоеванию муравьями воздушного пространства.

Что вы хотите? — спрашивает пчелиная королева. — Убить нас всех?

9-й отвечает, что рыжие никогда не ставили перед собой такую цель. Их единственный враг -это Пальцы. Только Пальцы цель их похода. Муравьи Бел-о-кана ничего не имеют против пчел. Им просто нужен их яд, чтобы убивать Пальцев.

Должно быть, Пальцы очень сильны, раз стоят таких усилий, - шепчет Заха-эр-ча.

103-й требует в качестве подкрепления один легион пчел. Королева соглашается. Она отдает элитную эскадрилью Стражей цветов. Тут же триста пчел начинают жужжать. 103-й узнает их. Именно эти солдаты нанесли наибольший ущерб белоканцам.

Крестоносцы остаются на ночлег в Золотом улье и просят запасы меда в дорогу.

Королева Асколеина интересуется:

За что вы так ненавидите Пальцев?

9-й объясняет, что Пальцы применяют огонь. Следовательно, они представляют опасность для всего живого. Когда-то давным-давно насекомые заключили договор о союзе против тех, кто использует огонь. Пришло время выполнить условия этого договора.

Тут 9-й замечает, как из верхней альвеолы выходит 23-й.

Что ты тут делал? - спрашивает 9-й, поднимая антенны.

Да так, гулял, осматривал королевскую ложу, - небрежно бросает 23-й. 9-й с 23-м и так недолюбливают друг друга, а после таких слов все еще больше обостряется.

103-й перебивает их и спрашивает, куда делся 24-й.

24-й потерялся в улье во время последней атаки. Он сражался, он преследовал пчелу и… и теперь он слабо представляет, где находится. Все эти правильные ряды сот совсем не успокаивают его. Однако он не выпускает кокон бабочки из мандибул. Он рыскает среди анфилады альвеол, надеясь к завтрашнему утру найти остальных крестоносцев.

115. ВО ВЛАЖНОЙ ДУХОТЕ МЕТРО

Жак Мелье задыхался в тесноте вагона. Поезд дернулся, и комиссар толкнул женщину. Хрипловатый голос возмутился:

- Вы не могли бы поосторожней?

Сначала он узнал тембр голоса. Потом сразу же сквозь запахи грязи и пота услышал удивительный аромат духов. Бергамот, ветивер, мандарин, галоксид, сандаловое дерево, скрепленные мускусом пиренейского каменного барана. Духи сообщили:

Я Летиция Уэллс.

Это, несомненно, была она, ее дикие сиреневые глаза были направлены на него.

Летиция смотрела на комиссара с нескрываемой злобой. Двери открылись. Двадцать девять человек вышли, тридцать пять вошли. Их прижало так сильно, так что они чувствовали дыхание друг друга.

Летиция смотрела на комиссара взглядом кобры, которая собирается заглотить живьем детеныша мангуста, а очарованный Мелье не мог отвести глаз.

Она была невиновна. Он слишком поторопился. Когда-то они обменивались идеями. Даже испытывали симпатию друг к другу. Она угощала его медовухой. Он рассказал о своем страхе перед волками, а она — о страхе перед людьми. Как ему не хватало этих моментов, одна его ошибка, и все испорчено. Он захотел объясниться. Она простит его.

- Мадемуазель Уэллс, я хотел вам сказать, я…

Поезд остановился, она протиснулась между людьми и исчезла.

Она нервно зашагала по коридорам метро. Она почти бежала, чтобы как можно скорее покинуть это мерзкое место. Она чувствовала направленные на нее похотливые взгляды. И вдобавок ко всему этот комиссар Мелье ехал с ней по одной линии!

Темные коридоры. Как какие-то влажные кишки. Лабиринт, освещенный тусклыми неонами.

- Эй, куколка! Гуляешь?

Приблизились три бандитские фигуры. Три хулигана в виниловых куртках, один из них уже приставал к ней несколькими днями раньше. Она ускорила шаг, но они не отставали, подкованные железом ботинки стучали по полу.

- Ты одна? Не хочешь перекинуться словечком?

Она резко остановилась, в ее глазах читалось слово «отвали». В прошлый раз это подействовало. Сегодня это не возымело никакого действия на этих дебилов.

- Надо же, эти красивые глазки ваши собственные? — спросил высокий бородач.

- Нет, она взяла их напрокат, — подхватил один из его дружков.

Сальные ухмылки. Тычки в спину. Бородатый вынул раскладной нож.

Летиция вдруг утратила всякую уверенность, и раз она оказалась в роли жертвы, хулиганы тут же взяли на себя роль хищников. Она попыталась убежать, но трое хулиганов преградили ей дорогу. Один из них заломил ей руку за спину.

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "День Муравья":