Бернард Вербер

Самая свежая информация Инвертор сварочный Edon у нас на сайте. ; Трава жеруха обыкновенная nmedik.org.

 



Бернард Вербер
Муравьи

(en: "Empire of the Ants", fr: "Les Fourmis"), 1991

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 |

 


34-я страница> поставить закладку

 

Один из спасателей поднимает палец к потолку.

– Я собираю всех насекомых, которых муравьи нам приносят, в маленькую коробку рядом с ящиком. Мы их варим, пока не отойдет хитин, и нам остается что-то вроде крошечных креветок. Они даже вкусом и видом напоминают креветок.

– Вы знаете, здесь, если как следует постараться, можно жить со всеми мыслимыми удобствами, – добавляет жандарм. – Миниатюрная атомная электростанция, рассчитанная на пятьсот лет работы, снабжает нас электричеством. Ее установил Эдмон в первые же дни… Воздух проходит через вентиляционные отверстия, еду нам поставляют муравьи, есть источник со свежей водой. И кроме того, у нас есть страшно интересное занятие. Мы чувствуем себя первооткрывателями в каком-то очень важном деле.

– Мы действительно как космонавты, постоянно живущие на базе и иногда вступающие в контакт с внеземными соседями.

Они смеются. Волна хорошего настроения электризует их спинной мозг. Джонатан предлагает вернуться в салон.

– Вы знаете, я давно мечтал жить вместе с моими друзьями. Я испробовал общины, заброшенные дома, фаланстеры… У меня ничего не получалось. В результате я решил, что я – романтический утопист, чтобы не сказать просто дурак. А здесь… здесь что-то происходит. Мы вынуждены жить вместе, дополнять друг друга, мыслить сообща. У нас нет выбора: если мы не договоримся, то умрем. Убежать невозможно. Я не знаю, происходит ли это благодаря открытию моего дяди или просто потому, что у нас над головами муравьи, но пока что наша община процветает!

– Все получается, даже помимо нашего желания…

– У нас иногда возникает такое впечатление, что мы производим общую энергию, которой каждый свободно подпитывается. Странно.

– Я уже слышал такое про розенкрейцеров и некоторые масонские ложи, – говорит Язон. – Они называют это egregor: духовное достояние «паствы». Как водоем, куда все сливают свои силы, делают своего рода похлебку и затем каждый черпает… В принципе, всегда есть воры, использующие чужую энергию для своих личных целей.

– Здесь нет ничего подобного. Когда несколько человек живут под землей, личных амбиций быть не может…

Молчание.

– И потом, мы разговариваем все меньше и меньше, мы уже без слов понимаем друг друга.

– Да, здесь что-то происходит. Мы не понимаем, что, и пока не контролируем это. Мы еще не дошли, мы в середине пути.

Снова молчание.

– Ну, ладно, короче говоря, я надеюсь, что вам понравится в нашей маленькой общине…

Обессиленный № 801 прибывает в родной Город. Он выполнил задание! Он выполнил задание!

Шли-пу-ни немедленно вступает с ним в абсолютную связь. То, что она узнает, подтверждает ее худшие опасения насчет спрятанного под гранитной плитой секрета.

Она решает немедленно напасть на Бел-о-кан. Всю ночь солдаты вооружаются. Уже полностью подготовлен первый легион летучих носорогов.

№ 103683 выделяет предложение. В то время как часть армии будет наступать в лоб, двенадцать легионов скрытно обогнут Город для того, чтобы попытаться взять штурмом королевский корень.

Вселенная развивается: Вселенная развивается путем усложнения. От водорода к гелию, от гелия к углероду. Усложнять, усложнять и еще раз усложнять – вот смысл эволюции вещей.

Из всех известных планет Земля – самая сложная. Она находится в месте, где температура может меняться. Она покрыта океанами и горами. Но если варианты форм земной жизни практически неисчерпаемы, всего два из них выделяются уровнем интеллекта. Муравьи и люди.

Можно подумать, что Бог использовал планету Земля как опытный полигон. Два созданных им вида, с совершенно различной философией, вступили в интеллектуальное соревнование, а он наблюдает за тем, кто будет развиваться эффективнее.

Скорее всего цель – прийти к коллективному планетарному интеллекту: слиянию интеллектов всего вида. Я думаю, что это – следующий этап развития интеллекта. Следующий уровень сложности.

Тем временем два главенствующих вида параллельно развиваются:

– Чтобы стать разумным, человек довел свой мозг до чудовищных размеров.

Получилось что-то вроде огромного кочана цветной капусты.

– Чтобы получить тот Эдмон Уэллс.же результат, муравьи предпочли использовать многие тысячи крошечных интеллектов, объединенных чрезвычайно тонкой связью.

Если оценивать в общем, то в куче крошек муравьиной капусты столько же интеллектуальной субстанции, сколько в цветной капусте человека. Борьба идет на равных.

А что будет, если две формы интеллекта, вместо того чтобы развиваться параллельно, станут сотрудничать?..

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания»

Жан и Филипп не любят телевизор, да и электрический бильярд тоже. Даже новенький мини-гольф, оборудованный за большие деньги, их больше не интересует. А уж навязанные воспитателем прогулки на свежем воздухе для них и вовсе кошмар. На прошлой неделе Жан и Филипп, конечно, позабавились, убивая жаб, но удовольствие было слишком недолгим.

Впрочем, сегодня Жан, кажется, нашел занятие и вправду достойное интереса. Он увлекает своего приятеля в сторону от стайки детей, собирающих, как дураки, опавшие листья, чтобы делать из них идиотские картинки, и показывает ему что-то вроде цементного купола. Термитник.

Они тут же начинают топтать его ногами, но никто не выходит, термитник пуст.

Филипп наклоняется и принюхивается.

– Путевые рабочие его разорили. Чуешь, как воняет средством от насекомых? Они все там внутри сдохли.

Разочарованные, ребята уже собираются догонять своих товарищей, как вдруг Жан замечает на другом берегу речушки полускрытую кустами пирамиду.

Ну, эти-то живые! Здоровенный муравейник, купол, высотой как минимум в метр! Длинные колонны муравьев входят и выходят, сотни, тысячи рабочих, солдат, разведчиков. Этих дустом еще не травили.

Жан подпрыгивает от возбуждения.

– Скажи-ка, ты такое видел?

– Ну нет! Ты что, опять муравьев хочешь есть? Последний раз они были отвратительные.

– Кто тебя просит их есть! Перед тобой Город, такой же, как Нью-Йорк или Мехико. Ты помнишь, что говорили по телику? Внутри их там как сельдей в бочке. Ты только посмотри на этих уродов! Вкалывают как негры!

– Да-а… А ты помнишь Николя? Он так интересовался муравьями, что в конце концов исчез. Я уверен, что на дне подвала были муравьи, и они его сожрали. Слушай, что-то мне в лом даже рядом с этой штукой стоять. Ой, в лом! Я вчера видел, как эти гады вылезали из лунки мини-гольфа, может, хотели в ней гнездо устроить… Во гады!

Жан трясет приятеля за плечо.

– Ну и отлично! Ты не любишь муравьев, я – тоже. Убьем их! Отомстим за нашего Николя!

Предложение нравится Филиппу.

– Убить их?

– Ну да! А чего? Сожжем этот Город! Представляешь, Мехико в пламени, только потому, что нам так хочется?

– Ладно, давай их сожжем. Да. За Николя.

– Погоди, я тут придумал кое-что получше. Нальем туда средство для уничтожения травы – получится настоящий фейерверк.

– Кла-асс…

– Послушай, сейчас одиннадцать, встретимся здесь ровно через два часа. Тогда и воспитатель не будет надоедать, и все остальные будут в столовой. Я пойду за средством для уничтожения травы. А ты достань коробок спичек, это лучше, чем зажигалка.

– Идет!

Кавалерийские легионы продвигаются вперед быстрым шагом. Когда другие Федеральные Города спрашивают их, куда они идут, шлипуканцы отвечают, что в восточном районе заметили ящерицу, и центральный Город попросил их помочь.

Над ними гудят жесткокрылые носороги, лишь слегка потерявшие скорость от тяжести артиллеристов, ерзающих на их головах.

13 часов. В Бел-о-кане кипит жизнь. Все перемещают яйца, куколок и тлю в солярий, чтобы они воспользовались теплом.

– Я спиртику принес, чтобы лучше загорелось, – объявляет Филипп.

– Порядок, – говорит Жан, – а я купил средство для уничтожения травы. Двадцать франков содрали, козлы!

Мать играет со своими хищными растениями. Почему за все это время она так и не высадила из них защитную стену, как собиралась вначале?

Потом она снова думает о колесе. Как использовать эту гениальную идею? Может быть, сделать большой цементный шар, который будут толкать лапками и давить им противника. Надо объявить об этом проекте.

– Ну, все, я на них вылил и спирт, и средство для уничтожения травы.

Пока Жан говорит, по нему карабкается муравей-разведчик. Он постукивает по ткани его брюк кончиками усиков.

Вы мне кажетесь огромной живой системой, вы можете выделить опознавательные запахи?

Жан ловит муравья и раздавливает между большим и указательным пальцами. Желто-черный сок течет по его пальцам.

– С одним уже в расчете, – заявляет он. – Ладно, теперь отодвинься, тут будет жарко!

– Будет супер-поджарка, – говорит Филипп.

– Апокалипсис от Иоанна! – смеется Жан.

– Сколько их там может быть?

– Точно миллионы. Говорят, что в прошлом году муравьи напали на виллу в нашем районе.

– И за это отомстим, – ухмыляется Жан. – Давай прячься за то дерево.

Мать думает о людях. Надо будет в следующий раз задать им больше вопросов. Как они сами используют колесо?

Жан чиркает спичкой и бросает ее в купол из веточек и сосновых иголок. Потом пускается наутек, опасаясь языков пламени.

Есть, шлипуканская армия видит центральный Город. Какой же он большой!

Летящая спичка вычерчивает опускающуюся дугу.

Мать решает поговорить с ними немедленно. Надо еще им сказать, что она без всякого труда может увеличить для них количество молочка, надои в этом году обещают быть отличными.

Спичка падает на веточки купола.

Шлипуканская армия уже совсем близко. Она готовится к атаке.

Жан прыгает за большую сосну, за которой уже укрылся Филипп.

Спичка попадает на участок, не пропитанный ни спиртом, ни средством для уничтожения травы. Она гаснет.

Мальчики поднимаются.

– Блин!

– Я знаю, что мы сделаем. Мы туда засунем кусок бумаги, огонь разгорится и обязательно дойдет до спирта.

– У тебя бумага есть?

– Э-э… только билет на метро.

– Давай.

Караул купола замечает что-то таинственное: мало того, что уже несколько минут во многих кварталах пахнет спиртом, в купол втыкается кусок желтого дерева. Караул быстро вызывает рабочую группу для того, чтобы отмыть ветки от спирта и вытащить желтое бревно.

Другой караул бежит к двери номер пять.

Тревога! Тревога! На нас напала армия рыжих муравьев!

Картон горит. Мальчишки снова прячутся за сосной.

Третий караул видит занимающийся пламенем кусок желтого дерева.

Шлипуканцы бегут устрашающим галопом, они помнят, что так нападают рабовладельцы.

Гремит взрыв.

Весь купол загорается сразу.

Искры, языки пламени.

Жан и Филипп стараются не закрывать глаза, несмотря на доходящий до них жар.

Зрелище их не разочаровывает. Сухое дерево занимается быстро. Когда огонь доходит до средства для уничтожения травы, раздается новый взрыв. Зеленые, красные, малиновые снопы пламени вырываются из Города заблудившегося муравья.

Шлипуканская армия останавливается как вкопанная. Первым запылал солярий, а с ним все яйца и скот, затем пожар охватывает весь купол.

Корень запретного Города был затронут в первые же секунды катастрофы. Привратников разорвало в клочья. Воины бегут, чтобы вызволить единственную производительницу. Но уже слишком поздно, она задохнулась от ядовитых газов.

Быстро объявляется тревога. Тревога первой степени: выделяются возбуждающие феромоны, тревога второй степени: зловещий стук по всем коридорам, тревога третьей степени: «безумные» бегут по всем галереям и сеют панику, тревога четвертой степени: все самое ценное (яйца, самцы и самки, скот, пища…) спускается на нижние этажи, в противоположном направлении поднимаются солдаты, идущие защищать Город. Внутри купола муравьи пытаются найти решение. Легионы артиллеристов сумели погасить некоторые участки, поливая их муравьиной кислотой менее десяти процентов концентрации. Эти импровизированные пожарные, увидев, что их дело приносит плоды, поливают теперь запретный Город. Может быть, увлажнением удастся спасти корень. Но огонь побеждает. Замурованные горожане гибнут от ядовитого дыма. Раскаленные арки мостов падают на растерянную толпу. Панцири плавятся и скручиваются, как пластик в кастрюле.

Ничто не может противостоять огненному штурму.

Эпизод: Я ошибся. Мы не равны, мы не соперники. Появление людей – всего лишь короткий эпизод в безраздельном царствовании муравьев на Земле.

Они неизмеримо многочисленней нас. У них больше Городов, они занимают больше экологических ниш. Они живут в любом климате, в том числе и в таком, где ни один человек не выжил бы. Куда бы ни упал наш. взгляд, везде есть муравьи. Они жили сто миллионов лет до нас, и, судя по тому, что они принадлежат к немногим организмам, нечувствительным к атомному взрыву, они проживут еще сто миллионов лет после нас. Мы только случайность в три миллиона лет в их истории. Кстати, если однажды нашу планету посетят пришельцы из космоса, они не совершат ошибки. Они вступят в контакт не с нами, а с ними. Они – настоящие хозяева Земли.

Эдмон Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания»

На следующее утро купол исчез совершенно. Черный голый корень торчит посреди погибшего Города.

Пять миллионов граждан погибли. Все, кто был в куполе и поблизости от него.

Все, кто сохранил присутствие духа и успел спуститься вниз, остались невредимыми. Люди, живущие под Городом, ничего не заметили. Огромная скала все закрыла от них. Да и произошло все во время их искусственной ночи.

В роковом огне погибла Бело-киу-киуни. Лишившись производительницы, Племя оказалось под угрозой.

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "Муравьи":