Бернард Вербер

Круропластика пластика голеней отзывы beautylegs.ru.

 



Бернард Вербер
Революция Муравьев

(en: "The Revolution of the Ants", fr: "La Revolution Des Fourmis"), 1996

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 |

 


50-я страница> поставить закладку

 

Пахнет горелыми коконами. Город Бел-о-кан больше не дымится. Бел-о-канским солдатам удалось потушить пожар. Армия пропальцевски настроенных революционеров, то есть тех из них, кто не погиб в бою, окружает федеральную столицу лагерем. Тень от муравьиного города большим черным обугленным треугольником лежит на осаждающем его войске.

Принцесса 103-я становится на четыре лапки, а 5-й, тяжело опираясь на веточку-костыль, вздымается на две, чтобы лучше видеть вдаль. Так город кажется меньше и, честно говоря, доступнее. Они знают, что внутренний ущерб должен быть серьезным, но оценить его не могут.

– Теперь надо идти на последний приступ, – выделяет 15-й.

Принцесса 103-я не выказывает энтузиазма. Опять война!

Все время война! Убийство – самый сложный и самый утомительный путь к взаимопониманию.

Однако принцесса понимает, что война пока остается лучшим двигателем Истории.

7-й предлагает осадить город, чтобы дать себе время залечить раны и собраться с силами.

Принцесса 103-я не любит тактику осады. Надо ждать, отрезать пути подвоза продуктов, ставить часовых у уязвимых участков. Никакой особой чести для воина.

Истощенный муравей подходит к ней и прерывает ход ее мыслей. Принцесса подпрыгивает от радости, узнав под слоем пыли принца 24-го.

Два насекомых обмениваются тысячью трофоллаксисов. Принцесса 103-я говорит, что уже считала его мертвым, а принц рассказывает ей о своих приключениях. На самом деле он покинул пожар в самом его начале. Когда белка бросилась к выходу, он уцепился за ее шерсть, и, прыгая с ветки на ветку, грызун унес его на себе очень далеко.

Сначала принц 24-й долго шел. Потом ему пришло в голову, что, если одна белка сбила его с пути, другая может помочь найти его. Так он приспособился менять белок как вид транспорта. Трудность заключалась в том, что с грызунами нельзя договориться, чтобы они везли туда, куда ты хочешь, или хотя бы узнать, куда они сами направляются. Таким образом, каждая последующая белка уносила его в неизвестном направлении. Чем и объясняется его опоздание.

Принцесса 103-я, в свою очередь, сообщает ему, что произошло за время его отсутствия. О бел-о-канской битве. Об атаке коммандос-поджигателей. О нынешней осаде.

– Материала для романа и вправду предостаточно, – замечает принц 24-й, достает феромон памяти, которым он рассказывал, и добавляет новую главу.

– А можно будет почитать твой роман? – спрашивает 13-й.

– Только тогда, когда он будет закончен, – отвечает 24-й.

Он заявляет, что впоследствии, если поймет, что его феромональный роман интересует муравьев, он напишет продолжение. Он уже придумал название: «Ночь Пальцев», а если и второй понравится, он заключит трилогию «Революцией Пальцев».

– А почему трилогия? – спрашивает принцесса. 24-й объясняет, что в первом романе он расскажет о контакте между двумя цивилизациями, муравьями и Пальцами. Следующий будет изложением их конфронтации. И, наконец, поскольку ни первые, ни вторые не смогли друг друга уничтожить, последний роман будет посвящен сотрудничеству между двумя расами.

– Контакт, конфронтация, сотрудничество мне кажутся тремя логически следующими стадиями встречи двух разных образов мысли, – отмечает принц 24-й.

Он уже совершенно ясно представляет, в какой манере изложит свою историю: в виде трех параллельно развивающихся интриг, выражающих три разные точки зрения: муравьев, Пальцев и третьего персонажа, знающего оба мира, например 103-й.

Все это принцессе не слишком ясно, но слушает она внимательно, так как понимает, что принц 24-й после его пребывания на острове Корнигеры снедаем желанием написать длинную историю.

– Три интриги к концу сольются в одну, – менторски молвит молодой принц.

Тут появляется 14-й с разлохмаченными усиками. Он разведал обстановку вокруг города и нашел ход. Он думает, что можно послать отряд и попытаться совершить еще одну подземную атаку.

Принцесса 103-я решает следовать за ним, принц 24-й тоже, хотя бы для того, чтобы обогатить свой роман новыми сценами.

Сотня муравьев углубляется в туннель, ведущий к городу, и осторожно продвигаются по нему.

144. ПРИМЕНЕНИЕ НА ПРАКТИКЕ

Стенды работали отлично. Самым зрелищным был стенд Франсины с ее виртуальным миром.

«Infra-World» был также и самым прибыльным. Все больше рекламных агентств просили через компьютерную сеть прогноза насчет продаж стирального порошка или подгузников, замороженных продуктов и лекарств, а также новых марок автомобилей.

Успехом пользовался и «Центр вопросов» Давида. Люди подключались, чтобы узнать, какое точное количество серий в фильме «Котелок и кожаные сапоги», или о железнодорожном расписании, или об уровне загрязненности воздуха в том или ином городе, или во что сейчас стоит вложить деньги на бирже. Личные вопросы были редки, и Давиду не приходилось обращаться за помощью к частным детективам.

Леопольд, со своей стороны, получил заказ на возведение виллы, встроенной в холм, и, не способный перемещаться далеко сам, посылал клиенту планы факсом в обмен на номер его кредитной карточки.

Поль придумывал новые ароматы меда, смешивая продукцию пчел с листьями чая и разнообразными растениями, найденными на кухне и в саду лицея. Как только он уменьшил количество дрожжей, медовуха превратилась в нектар. Поль изготовил особый рецепт с ванилью и карамелью, пользовавшийся большим успехом. Студентка с факультета изящных искусств нарисовала ему роскошные этикетки, придавшие дополнительную прелесть его продукции: «Медомель гран крю. Урожай Революции муравьев. Запатентованное название».

Все наслаждались нектаром. Небольшому числу заинтересованных слушателей Поль рассказал:

– Я давно знал, что медовуха – лакомство олимпийских богов и муравьев, которые, подвергая брожению молочко тли, получают что-то вроде опьяняющего спиртного напитка. Но это не все. В «Центре вопросов» Давида я нашел еще массу сведений про медовуху. Шаманы майя вводили себе в кровь настой медовухи и трехцветного вьюнка. Усвоенная таким образом галлюциногенная субстанция вводила их в транс гораздо сильнее и быстрее, чем поглощение жидкости ртом.

– А каков рецепт медовухи? – спросил Поля какой-то любитель.

– Рецепт мой собственный, я его вычитал в «Энциклопедии относительного и абсолютного знания».

И прочел:

– «Надо довести до кипения шесть килограммов пчелиного меда, снять пену, разбавить пятнадцатью литрами воды, добавить двадцать пять граммов молотого имбиря, пятнадцать граммов кардамона, пятнадцать граммов корицы. Выпарить на одну четверть. Снять с огня и оставить охлаждаться. Затем добавить две ложки пивных дрожжей и оставить бродить двенадцать часов. Процедить и перелить в бочонок. Плотно закрыть и дать настояться». Наша медовуха, конечно, еще молодая. Чтобы она достигла крепости, надо ждать дольше.

– А ты знаешь, что египтяне использовали мед для дезинфекции ран и лечения ожогов? – спросила одна из амазонок.

Это сообщение подало Полю мысль, кроме алкогольной продукции, заняться и средствами народной медицины.

Далее были представлены образцы одежды Нарцисса. Амазонки изображали моделей перед революционерами и видеокамерой, которая передавала изображение через сервер в международную компьютерную сеть.

Лишь сложные машины Жюли и Зое пока не радовали результатами. Переговорное устройство с муравьями уже убило около тридцати подопытных насекомых. А насадки Зое так сильно воздействовали на ноздри, что никто не мог их вытерпеть больше нескольких секунд.

Жюли поднялась на балкон директора и посмотрела на двор, на свою революцию. Знамя реяло, торжественно возвышался муравей-тотем, музыканты играли регги в клубах дыма марихуаны. Вокруг стендов суетились люди.

– У нас все-таки получилось что-то симпатичное, – сказала присоединившаяся к ней Зое.

– В смысле коллективном – да, – согласилась Жюли. – Теперь нужны достижения на индивидуальном уровне.

– Что ты хочешь сказать?

– Я спрашиваю себя, не является ли мое желание изменить мир просто констатацией моей неспособности изменить себя саму.

– Опять неладно. Жюли, остановись! У тебя нейронный карбюратор, мне кажется, перегревается. Все идет отлично, успокойся.

Жюли повернулась к Зое и посмотрела ей в глаза.

– Я только что прочла отрывок из «Энциклопедии». Непонятный какой-то. Он назывался «Я просто персонаж», и там говорилось, что, может быть, каждый из нас живет в мире один и участвует в фильме, который снимается только для него. Прочла, и мне пришла в голову странная мысль. Я подумала: а если я одна живу на свете. А если я единственное живое существо во всей Вселенной...

Зое посмотрела на подругу с тревогой. Жюли продолжала:

– А если все, что со мной происходит, всего лишь большой спектакль, разыгрываемый специально для меня? Все эти люди, ты, вы все – просто актеры и статисты. Предметы, дома, деревья, природа – только искусная имитация, созданная для того, чтобы успокоить меня и заставить поверить в то, что какая-то реальность существует. А на самом деле я, может быть, в игре «Infra-World». Или в романе.

– Ну и ну! Что же тебе в голову лезет!

– Ты никогда не замечала того, что люди вокруг нас умирают, а мы продолжаем жить? Может быть, за нами наблюдают, проверяют нашу реакцию на определенную ситуацию. Проверяют рефлексы. Эта революция, эта жизнь – просто огромный цирк, построенный для экспериментов надо мной. Может быть, кто-то в эту минуту наблюдает за мной издалека, читает о моей жизни в книге, судит меня.

– Если это так, пользуйся положением. Здесь все для тебя. Весь этот мир, все актеры, все статисты, как ты выражаешься, находятся здесь для того, чтобы подыграть тебе, подстроиться под твои желания, стремления, поступки. Они стараются изо всех сил. Их будущее зависит от тебя.

– Это как раз меня и тревожит. Я боюсь не дотянуться до... моего персонажа.

Теперь уже и Зое стало не по себе. Жюли положила ей руку на плечо.

– Прости меня. Забудь все, что я тебе сказала. Наплевать.

Она повела подругу к кухням, открыла холодильник и наполнила медовухой два стакана. И при свете приоткрытого холодильника они выпили маленькими глотками напиток муравьев и богов.

145. ЗООВЕДЧЕСКИЙ ФЕРОМОН: ХОЛОДИЛЬНИК

Слюна 10-го.

ХОЛОДИЛЬНИК: у Пальцев нет социального зоба, но они могут долго хранить пищу, не допуская ее порчи.

Для того чтобы заменить наши дополнительные желудки, они используют машину, которую называют «холодильник».

Это коробка, внутри которой поддерживается очень холодная температура.

Коробку доверху наполняют едой.

Чем значительнее Палец, тем больше у него холодильник.

146. В БЕЛ-О-КАНЕ

Зловоние пожарища заполняет им легкие. Воздух отравлен запахом сожженных веток. Обугленные тела солдат, захваченных огнем, устилают землю. Ужасное зрелище: есть даже не спасенные вовремя и сгоревшие заживо яйца и личинки.

Все выгорело, нет никого. Неужели огонь пожрал всех жителей, а потом и всю армию, прибежавшую тушить его?

Муравьи идут вперед по коридорам, иногда просто запекшимся от пламени. Жар от углей был столь силен, что насекомые погибали мгновенно, не успев оставить работу. Они так и остались в тех позах, в которых сжигающий смерч застиг их и заставил окаменеть навсегда.

Когда 103-я и солдаты ее отряда дотрагиваются до трупов, те рассыпаются в прах.

Огонь. Муравьи не готовы к нему. 5-й бормочет:

– Огонь – слишком разрушительное оружие.

Теперь все понимают, почему огонь был издавна изгнан из мира насекомых. Увы, некоторые ошибки должно совершить каждое поколение хотя бы для того, чтобы вспомнить о причинах, по которым их допускать не следует.

Теперь принцесса 103-я знает, что огонь слишком губителен. Сила пламени была порой так велика, что тени его жертв отпечатались на стенах.

Принцесса 103-я идет по своему превратившемуся в кладбище городу и с грустью видит, что он стал моргом. В грибницах – лишь обугленные остовы растений. В хлевах – поджаренная тля с торчащими вверх лапками. Порванные в клочья муравьи-цистерны в своих стойлах.

15-й пробует на вкус труп муравья-цистерны и находит его просто восхитительным. Он открыл карамель. Но у отряда нет ни времени, ни желания восторгаться новым лакомством, так как их родной город разорен.

103-я опускает усики. Огонь – оружие неудачника. Она использовала его потому, что проигрывала бой. Она смошенничала.

Околдовали Пальцы ее, что ли, раз она, не в силах пережить поражение, может убить королеву, погубить расплод и уничтожить свой родной город!

Подумать только, они ведь отправились в поход как раз для того, чтобы предупредить Бел-о-кан о том, что его могут сжечь... Пальцы! История парадоксальна.

Они бредут по еще задымленным коридорам. Странно, но чем дольше идут они среди этих разрушений, тем больше им кажется, что здесь произошло что-то непонятное. На стене начерчен круг. Неужели бел-о-канцы тоже открыли для себя искусство? Минималистское, конечно, потому, что заключается оно в повторении кругов, но искусство все-таки.

У принцессы 103-й дурное предчувствие. 10-й и 24-й зорко смотрят по сторонам, опасаясь ловушки.

Они поднимаются в Закрытый Город. Здесь 103-я надеется найти королеву. Она замечает, что корень сосны, отгораживающий Закрытый Город, едва тронут пожаром. Вход открыт. Муравьи-стражники, которые должны охранять его, погибли от жара и ядовитого дыма.

Отряд входит в королевскую ложу. Королева Бело-кью-кьюни здесь. Но в виде трех кусков. Она не сгорела, не задохнулась. Следы разрезов свежи. Ее убили, и недавно. Вокруг нее мандибулами нацарапаны круги.

103-я подходит и касается усиков отрубленной головы. Даже разрезанный на куски муравей может выделить информацию. На концах усиков мертвой королевы сохранилось обонятельное слово.

«Деисты».

147. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

КАМЕРЕР: писатель Артур Кестлер решил однажды написать книгу, посвященную научному мошенничеству. Он стал расспрашивать ученых, и те заверили его, что примером самого бесстыдного научного надувательства было поведение доктора Поля Камерера.

Камерер был австрийским биологом, осуществившим свои основные научные открытия с 1922 по 1929 год. Красноречивый, обаятельный, страстно увлеченный своими идеями, Камерер утверждал, что «каждое живое существо может приспособиться к изменениям в окружающей среде и передать результаты адаптации потомству». Эта теория полностью противоречит теории Дарвина. Чтобы доказать обоснованность своих выводов, доктор Камерер провел сенсационный эксперимент.

Он взял икру жабы-повитухи, имеющей сухую кожу и размножающейся на суше, и поместил ее в воду.

Жабы, вылупившиеся из этой икры, адаптировались к водной среде и выработали признаки водяных жаб. У них появились черные копулятивные шишки на больших пальцах, позволяющие самцам прикрепляться к скользкой коже самки и совокупляться в воде. Результат феномена адаптации передался их потомству, появившемуся на свет уже с шишками темного цвета на больших пальцах. Таким образом, живые существа смогли изменить генетическую программу и приспособиться к водной среде.

Камерер подтвердил с успехом свою теорию перед лицом всего мира. Но однажды ученые и преподаватели университетов попросили дать им возможность «объективно» изучить его эксперимент. В амфитеатре столпились зрители, присутствовало много журналистов. Доктор Камерер надеялся таким образом доказать, что он не шарлатан.

Накануне эксперимента в его лаборатории случился пожар, и все жабы, за исключением одной, погибли. Камерер был вынужден представить единственную выжившую и ее темную шишку. Ученые осмотрели жабу под лупой и рассмеялись. Было совершенно очевидно, что черные точки шишки на большом пальце жабы были сделаны искусственно при помощи инъекции китайскими чернилами под кожу. Мошенничество было раскрыто. Зал хохотал.

За одну минуту Камерер потерял весь авторитет и лишился всякой надежды на то, что его работы будут признаны. Он был оставлен всеми, исключен из рядов ученых. Дарвинисты одержали победу, и надолго. Было неоспоримо доказано то, что живые существа не способны к адаптации в новой среде.

Камерер покинул собрание под улюлюканье толпы. В отчаянии он удалился в лес и пустил себе пулю в рот, оставив короткое письмо, в котором упрямо уверял всех в подлинности своих опытов и заявлял, что «предпочитает умереть на лоне природы, чем жить с людьми». Самоубийство окончательно дискредитировало его.

Можно было подумать, что речь шла о самом ничтожном научном мошенничестве. Но во время поисков материалов к своей книге «Объятие жабы» Артур Кестлер встретился с бывшим помощником Камерера. И тот открыл ему, что это он был причиной катастрофы. По приказу группы ученых-дарвинистов он поджег лабораторию и подменил последнюю жабу с признаками мутации обыкновенной, которой сделал инъекцию китайскими чернилами под кожу на большом пальце.

Эдмонд Уэллс.

«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том III.

148. МАК-ЯВЕЛЬ НЕ ПОНИМАЕТ КРАСОТЫ

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 |
Купить в интернет-магазинах книгу Бернарда Вербера "Революция Муравьев":